Коммунисты и “женский вопрос”

Скачать ePub PDF печать

Зачем коммунистам выделять как таковой “женский вопрос”?

Затем, что “женский вопрос” действительно представляет собой относительно самостоятельный предмет рассмотрения в силу нескольких причин.

Причина первая: женский пол — это половина всего человечества[1], существенно отличающаяся от другой его половины не просто физиологически, но главное — своей специфической ролью в воспроизводстве человека. Это такое разделение (половое) ролей, наличие которого не зависит от наличия или отсутствия общественных классов. Мы здесь специально не написали “разделение труда”, чтобы отметить путаницу, которая существует по отношению к понятию “производства”, так как классики писали о двух видах (материального) производства жизни, и производство самого человека как живого существа (без использования средств производства) — одно из них[2]. Конечно, каждый из двух процессов оказывает влияние на другой, но тут важно понимать, что это именно взаимное влияние, а не одностороннее, где только один процесс (воспроизводство рода) зависим и подчинен другому (производству средств к жизни), поэтому неверно считать, что с устранением проблем в одном процессе волшебным образом исчезнут проблемы и в другом — их проблемы хоть и взаимосвязаны, но тем не менее имеют относительно самостоятельный характер и поэтому необходимо изучать диалектику их взаимодействия. 

Поскольку само рождение ребенка как процесс природно, обусловлено спецификой принадлежности к определенному биологическому виду, постольку этот процесс можно рассматривать как простую биологическую функцию человека. Но постольку, поскольку биологическое воспроизводство осуществляется человеком (биосоциальным существом) при необходимом взаимодействии двух разнополых индивидов (личностей), деторождение является и трудом, общественной (но не экономической) деятельностью по воспроизводству жизни общества, и женщина в этом процессе не просто осуществляет свои естественные (природные) функции, а осуществляет их как человек, в той или иной степени осознанно, целенаправленно, осмысленно — тем более осмысленно, чем более высок уровень ее образования, уровень культуры общества, в котором она выросла и живет, и тем менее осмысленно (“по человечески”), чем ниже уровень развития общества и её самой.

В свое время Маркс писал о положении пролетариата:

В результате получается такое положение, что человек (рабочий) чувствует себя свободно действующим только при выполнении своих животных функций — при еде, питье, в половом акте, в лучшем случае еще расположась у себя в жилище, украшая себя и т. д., — а в своих человеческих функциях он чувствует себя только лишь животным. То, что присуще животному, становится уделом человека, а человеческое превращается в то, что присуще животному. Правда, еда, питье, половой акт и т. д. тоже суть подлинно человеческие функции. Но в абстракции, отрывающей их от круга прочей человеческой деятельности и превращающей их в последние и единственные конечные цели, они носят животный характер

К.Маркс “Экономическо-философские рукописи 1844 года”

Вот и в отношении деторождения и участия женщины в этом процессе мы считаем важным подчеркнуть тот факт, что нельзя сводить процесс к какой-то одной его стороне, подспудно разрывая единство биологического и социального, невольно отказывая женщине в действительной, полноценной человечности, когда главным предназначением её человеческой жизни становится воспроизводство рода (и ещё хуже — удовлетворение половой потребности) — подобно тому, как поступает с рабочими обоих полов буржуазная политэкономия, сводя человека к рабочей силе. Кроме процесса деторождения, женщина должна оставаться полноценным участником всех остальных общественных процессов, чтобы развиваться и жить как Человек. 

И вот тут можно перейти ко второй причине: кроме существующего (природного и потому — вполне “аргументированного”) разделения ролей в биологическом воспроизводстве человечества, исторически формировалось то или иное разделение труда в сфере экономической жизни общества, в том числе и по признаку пола, о положении в этой сфере более подробно мы скажем дальше. Положение же человека в общественном производстве, в котором производятся средства к жизни: продукты, одежда, жилище и т.д., и которое изучает политэкономия, оказывает самое непосредственное влияние на формирование его личности, мировоззрения, открывает в той или иной степени доступ к богатствам общества — не только материальным, но и духовным. В какой степени человек вовлечён в общественную деятельность, в какой степени ему открыт доступ к богатствам человеческого прогресса — культура, наука и т.д., в такой степени он становится более или менее развитой личностью этого, конкретно-исторического общества, может состояться как Человек.

Ну и третья причина, по-которой женский вопрос может быть выделен в особую сферу изучения, — это взаимосвязь роли женщин в воспроизводстве человека и их положения в экономике, то, как эти стороны жизни влияют друг на друга и на состояние общества в целом.

Ключевые проблемы современности для женского пола в России и в мире

Демография. Семья и домашнее хозяйство (воспроизводство рода)

Согласно статистическим данным, наиболее “плодовитыми” остаются наименее урбанизированные страны — как правило, самые бедные и неразвитые; эти же страны показывают наличие самых многочисленных по количеству членов домашних хозяйств, что не может не напоминать нам о ранней истории человечества и устройстве примитивного производящего общества[3]. Самые высокие показатели рождаемости можно увидеть в странах Африки, части Азии и Латинской Америки, самые низкие — в странах Европы, конечно. Эта статистика показывает, что расширенно воспроизводятся (биологически) сегодня в основном более примитивные (в силу бедности) сообщества, они же становятся источником возобновления копеечной рабочей силы, полезной если не всегда своим качеством, то как минимум количеством. Кроме того, что эти люди работают фактически за жизненно необходимый минимум в своих странах, население этих стран играет большую роль в жизни людей в других частях света — поток мигрантов в страны более развитых экономик с худшей демографической картиной становится серьезным фактором снижения цены местной, пусть даже более квалифицированной, рабочей силы. Женщины бедных стран больше всего (в сравнении с женщинами других, более развитых стран) в своей жизни оказываются заняты тем, что воспроизводят человека как биологический вид, находясь при этом в плохих социальных и материальных условиях[4].  Но в конечном итоге воспроизводится не просто живое существо, а именно человек — будущая личность, впитывающая социальные нормы, политэкономическое положение, культуру и т.д., об этом мы будем говорить дальше.

Показатели материнской и младенческой смертности в мировых масштабах таковы:

  • — материнская смертность в мире на 2017 год составляет по данным сайта demoscope 211 смертей на 100 тысяч живорождений;
  • — смертность детей от 0 до 5 лет на 2017 год составила 3,91%, при этом в странах с высоким уровнем доходов  процент смертности равен 0,54%, а в странах “развивающихся” — 6,91%.

Эти показатели существенно снизились в течение 20-го века, и мы не можем не увязывать этот прогресс с происходившими тогда процессами — социалистическая революция внесла огромный вклад в серьезный рост качества жизни людей всего мира.

Положение с абортами в мире можно посмотреть на сайте demoscope.ru и здесь, ситуация отчетливо увязывается с уровнем демографического роста населения в странах, о которых мы писали выше, — в самых “плодовитых” странах аборты, как правило, просто запрещены, контрацепция почти не практикуется (да и доступность медицины в целом для населения низка). Это не исключает сами аборты в реальности, увеличивая риски и смертность женщин в связи с подпольным или самостоятельным абортированием.

Проблемы контрацепции (все же более предпочтительной альтернативы абортам) настолько связаны с экономикой и социальным уровнем развития общества, что можно подробно не останавливаться на этом вопросе — чем беднее страна, тем меньше знаний о контрацептивах и их доступность, чем лучше развита страна — тем шире практика их использования, больше разнообразие контрацептивов и легче (в целом по стране) доступ к ним.

По составу домохозяйств: в мире на 2018 год количество домохозяйств[5] с одним родителем составляет 8,2%, из них домохозяйств с одинокими матерями 6,9%, с одинокими отцами 1,3%. Домохозяйств с двумя родителями 38,4%, бездетных пар 12,9%, людей, живущих одиноко 12,5%, расширенных домохозяйств (живущих с другими родственниками) 26,6%. 

В современной России демографическая ситуация, конечно же, несравнима со странами “третьего мира”[6], население России почти не воспроизводится, причем рождаемость даже сельского населения, которая, как правило, всегда выше, превышает рождаемость городского не более чем на 30% и в основном не дотягивает до коэффициента 2,0[7]. Это не плохой показатель в плане характеристики культурного и образовательного уровня общества, но при этом и не хороший с точки зрения уровня экономического развития — в большинстве своем женщины не хотят рожать больше, так как в силу определенной совокупности факторов более осмысленно воспринимают свою собственную жизнь. 

  • — Материнская смертность в России по данным Росстата на 2018 год — 9 на 100 тыс. живорождений; по данным ООН на 2020 — 17 на 100 тыс[8]
  • — Младенческая смертность: по данным Росстата детей от 0 до 1 года — 5 на 1000 родившихся живыми; 0,76% по данным сайта Our World in Data

Аборты в России пока разрешены, хотя надо заметить, что наступление на них уже началось и назвать это позитивным явлением нельзя. Нужно учитывать тот факт, что не отрицая вред и риски абортов, нельзя не согласиться с тем, что женщина должна иметь право (и возможность им воспользоваться бесплатно) на аборт в случае явного потенциального ухудшения ее социально-экономического положения, что, в свою очередь, не может не отразиться на ребенке, тем более, если у женщины уже есть дети. Также нельзя не учитывать многие другие ситуации: например, когда беременность является следствием неэффективности контрацепции[9], насилия, случаи развода и т.д. — причины бывают разные, но главное — если общество не способно создать условий для того, чтобы беременности были желанными и заканчивались рождением желанных детей, женщина должна иметь возможность сделать аборт. Всё же недаром именно социалистическое государство стало первым государством в мире, узаконившим аборты.

В России количество домохозяйств[10] на 2010-2015 год с одним родителем составляет 14,7%, 18,9% домохозяйств приходится на пары без детей, на пары с детьми 31,9%, одиночки — 30,6%, прочие — 3,9%. При этом разрыв в уровне доходов домохозяйств в 2016 году составлял около 33,5% — беднее те домохозяйства, где главой является женщина[11].

По составу семьи: 39% семей с детьми приходится на неполные семьи (25,4% от общего количества семей). Из неполных семей: с одинокими матерями 88,98% (22,6% от общего количества семей и 34,6% от всех семей с детьми), с одинокими отцами — 11,02% (2,8% от общего количества семей и 4,4% от всех семей с детьми). Полных семей с детьми 39,8% (61% от семей с детьми), бездетных пар 34,8% от всех семей.

Домашнее хозяйство

Говоря на эту тему, хочется вспомнить слова Ленина о домашнем труде, сказанные им на IV Московской общегородской беспартийной конференции работниц 23 сентября 1919 г.:

“Это домашнее хозяйство в большинстве случаев является самым непроизводительным, самым диким и самым тяжким трудом, какой осуществляет женщина. Это труд чрезвычайно мелкий, не заключающий в себе ничего, что сколько-нибудь способствовало бы развитию женщины.”

Сложно спорить: готовка, уборка, стирка, глажка — трудно развиваться в столь рутинном и постоянно возобновляющемся в своей рутине сизифовом труде.

При рассмотрении как оплачиваемого, так и неоплачиваемого[12] (домашнего) рабочего времени вместе, женщины стран, входящих в ОЭСР, работают в среднем на 25 минут в день дольше, чем мужчины. Все люди среднего возраста наименее удовлетворены использованием своего времени, но при этом занятые на полную ставку мужчины наслаждаются временем для отдыха и личной гигиены на 30 минут в день больше, чем женщины, а молодые и старые женщины тратят на себя на 50 и 25 минут соответственно больше, чем женщины среднего возраста — то есть, меньше всех могут действительно отдохнуть женщины среднего возраста[13].

Что по этому поводу происходит в России?  

Приблизительно то же самое[14]: в будние дни домашним хозяйством городские женщины занимаются дольше мужчин, разница составляет 1 ч. 49 мин. в то время, как время на работу, подработку и подсобное хозяйство, которым можно было бы перекрыть меньшие показатели мужчин, составляет всего 1 ч. 21 мин. У сельских жителей ситуация сходна — мужчины работают дольше на 1 ч. 52 мин., а домашним хозяйством женщины занимаются дольше на 2 часа. 

В выходные дни тенденции сохраняются: в городе мужчины работают, подрабатывают и занимаются подсобным хозяйством дольше женщин на 37 мин., а домашним хозяйством женщины занимаются дольше на 1 ч 33 мин. Среди сельского населения в выходные цифры таковы: мужчины работают дольше женщин на 1 ч 20 мин, а женщины занимаются домашним хозяйством дольше мужчин на 2 ч 18 мин.  Таким образом, объяснить различия долей участия в ведении домашнего хозяйства тем, что мужчины “зарабатывают деньги”, нельзя.

По данным на 2014 год в будние дни городские женщины имеют полностью свободное время 2 ч. 10 мин., мужчины — 2 ч. 51 мин., сельские — 2 ч. 10 мин. женщины и 2 ч. 43 мин. — мужчины. Обучением и воспитанием детей, помощью родственникам и знакомым тоже больше занимаются женщины. В выходные дни ситуация приблизительно сходна: у городских женщин свободного времени 5 ч. 02 мин., у мужчин 6 ч. 34 мин., у сельчан — 4 ч. 38 мин. у женщин и 5 ч. 30 мин. у мужчин. Зато воспитанием детей и помощью родственникам и знакомым в выходные дни городские мужчины и женщины занимаются одинаково.

При этом нельзя не отметить положительную тенденцию: по сравнению с 1990-м годом разрыв в свободном времени мужчин и женщин ощутимо сократился, причем увеличение свободного времени женщин не покрывает полностью его уменьшение у мужчин. Но есть и отрицательная тенденция — оба родителя стали тратить меньше времени на воспитание детей. 

Теперь можно перейти к  экономике, чтобы посмотреть на расположение женщин в этой сфере жизни общества, которое оказывает самое непосредственное влияние не только на долю участия в распределении предметов потребления, но и на формирование человека как личности.

Занятость в экономике и образование

Население земли трудоспособного возраста по половому разделению[15]:

  • — женщины — 64,98% от всего женского пола и 49,3% от всего трудоспособного населения;
  • — мужчины —  65,59% от всего мужского пола и 50,7% от всего трудоспособного населения.

Согласно данным сайта  https://ilostat.ilo.org/ (Международная организация труда) во всем мире на 2020 год преобладает занятость населения в сфере услуг (услуги — 52,3% всех занятых, промышленность 22,2%, сельское хозяйство 25.4%)[16], при этом в сфере услуг занятость женского пола выше, чем мужского. Также на графике можно увидеть, что растет доля занятых в индустрии мужчин, но заметно и снижение доли участия в ней женщин — такие явления могут свидетельствовать о росте индустриализации в неразвитых и слаборазвитых странах. По уровню занятости в целом[17]: женщин, занятых в экономике, меньше, чем мужчин, приблизительно в 1,5 раза (44,8% против 70,1%). При делении стран по уровню доходов[18] занятость распределяется следующим образом:

  • — развивающиеся страны — женщин участвует в экономике 60,4%, мужчин 75%;
  • — страны с доходами ниже среднего уровня — женщины 32,2%, мужчины 71,9%;
  • — страны с доходами выше среднего уровня — женщины 50,2%, мужчины 69,7%;
  • — страны с высоким уровнем дохода — женщины 50,3%, мужчины 65,1%.

Примечательно, что разрыв в экономическом участии между женщинами и мужчинами в самых бедных и самых богатых странах сегодня составляет около 15%, несмотря на различие общего уровня занятости. При этом необходимо отметить, что при существующей общемировой тенденции снижения занятого в экономике населения, в странах с высоким уровнем дохода с 90-х годов прошлого века наблюдается отчетливая тенденция на сокращение разрыва между женщинами и мужчинами — в 1991 году работало 45,5% трудоспособного женского населения против 68,3% мужского (при этом снижался демографический рост, но, конечно, не прямо пропорционально).  Такая тенденция, при незначительном снижении доли мужчин и значительном увеличении доли женщин в экономике, может быть связана с общим ростом производительности труда и реструктуризацией экономики в пользу увеличения доли нематериального производства.

Имеет смысл также обратить внимание на уровень занятости по признаку пола в соотношении с уровнем доходов по странам: в самых бедных странах работает большинство населения, видимо, в силу простой необходимости выживания и низкого уровня развития производства — уровень обеспечения минимальных потребностей в этих странах слишком низок для того, чтобы появились возможности для какой-то реальной сегрегации по прочим характеристикам, кроме одной, — может человек (независимо от пола) работать или нет. И это при том, что такие страны тоже находятся в лидерах демографического прироста — наиболее примитивные состояния обуславливают такие формы общества, где женщины и много работают, и много рожают. Вот только если в древней истории человечества такое положение дел было следствием неразвитости общества, его близости к природному состоянию, то сегодня такие примитивные состояния сообществ поддерживаются фактически насильственными методами, причем запрет абортов входит в число факторов принуждения. 

Наиболее резкий разрыв в занятости мы можем видеть в тех странах, где уровень развития производства стал выше минимально необходимого для выживания, но остается недостаточно высоким для того, чтобы преодолеть пережитки более примитивного этапа существования общества. 

При таком положении дел, с одной стороны, женщины в силу уже имеющейся нагрузки по воспроизводству рода освобождаются от нагрузки в виде участия в труде «ради выживания», но, с другой стороны, это “высвобождение” в сфере экономики лишает их возможности развиваться социально наравне с мужским населением (что само по себе работало бы на благо всего общества в целом, ускоряя его прогресс), делает женщину гораздо более зависимой и уязвимой, чем она была на предыдущем историческом этапе или станет на следующем. При этом в таких странах также существует запрет абортов, то есть существующее социально-экономическое положение женщины фактически консервируется на законодательном уровне. В общих чертах состояние стран с “низким” или “ниже среднего” уровнем доходов напоминает историю развития человеческого общества как такового, только сейчас это состояние сохраняется в условиях уже достигнутого прогресса, при котором более примитивные формы сообществ закономерно оказались в подчинении у более развитых (колониализм, финансовая зависимость), и это определенным образом маскирует действительное положение дел. Основная проблема “развивающихся” стран заключается в том, что это их состояние “вечного развития” на самом деле вполне сознательно сегодня консервируется ТНК, определяющими как формы и пределы развития экономики (и политики) этих стран, так и уровень развития социальных сфер, а общественное сознание у людей, живущих в примитивных условиях,  в целом соответствует этим условиям.

На степень вовлеченности людей в экономику оказывают существенное влияние наличие детей и их возраст, наличие партнера (то есть, речь идёт о семье) — и это крайне важно понимать, ведь в этом проявляется взаимодействие двух различных видов производства жизни, о чём мы писали ранее; теперь это влияние тоже учитывается в статистике, и по имеющимся данным, наличие детей существенно снижает именно женские показатели[19].

Доход женщин во всем мире отстает от доходов мужчин, в среднечасовой оплате разрыв составляет 15-16%, в среднемесячном заработке 20-22%[20], и что интересно — в “развитых” странах, отнесенных к странам с высокими доходами, гендерный разрыв в зарплатах порой не уступает величиной разрыву в странах бедных.

Уровень образования женщин мира в целом также отстает от мужского, наименьший разрыв (где-то отсутствует) в странах с высокими и выше среднего уровня доходами, наибольший — в странах с низкими и ниже среднего уровня доходами[21].

Что же насчет России? Данные МОТ и российской статистики расходятся в показателях (вероятно, в силу различий учёта по возрастным критериям), поэтому мы приведем и те, и другие. По данным МОТ на 2017 год занятость женского и мужского населения составляла 52,4%  и 67,2% соответственно. По данным  Росстата эти показатели равны 60,1% у женщин (35.026 тыс.) и 71,5% (39.227 тыс.) у мужчин, при этом в рабочей силе участвует 63,3% женщин и 75,6% мужчин в возрасте от 15 до 72 лет[22]. И в том, и в другом случае участие женщин в экономике велико, но меньше мужского. По сферам занятости в экономике согласно данным как МОТ, так и Росстата, большая часть женщин занята в сфере услуг, к ней отнесены рыночные (торговля; транспорт; проживание и питание; деловые и административные услуги) и нерыночные услуги (государственное управление; коммунальные, социальные и другие услуги и виды деятельности). 

Что дают нам все эти цифры? Ну, во-первых, мы можем видеть, что на данный момент не все так плохо со стороны эмансипации женщин России в плане участия в экономике — по-крайней мере, Россию точно нельзя отнести к отсталым странам с укладом патриархального типа, где доходы домохозяйства полностью зависят от мужчин.

Давайте теперь посмотрим на уровень доходов мужчин и женщин в российской экономике. В этом вопросе цифры МОТ и Росстата совпадают, среднемесячный заработок женщины в 2017-м году составлял  32.658 руб. против 45.557 руб. мужского, то есть женский заработок отстает от мужского на 28,31%. Цифры показывают разрыв даже если посмотреть на разбивку по сферам занятости и должностям. Картина по отработанному времени несколько поясняет такой разрыв — мужчины в 2017 году фактически отработали за неделю на основном и дополнительном местах работы как в формальном, так и неформальном секторах больше времени, чем женщины, при этом количество мужчин было больше[23]:

  • — менее 30 часов в неделю на основной работе отработало 5,2% мужчин против 10,4% женщин; на дополнительной работе — мужчин 95%, женщин 96,7%;
  • — от 31 до 40 часов в неделю из мужчин отработало 86,6% на основной работе и 3,4% на дополнительной, из женщин 85,7% и 2% соответственно;
  • — перерабатывало (более 40 часов в неделю) мужчин 8,1% на основной работе и 1,4% на дополнительной, женщин 3,9% на основной и 1% на дополнительной.

Таким образом, мы можем отметить, что превышение среднемесячного заработка мужчин над заработком женщин отчасти может быть объяснено тем, что мужчины больше работают, но тем не менее разница в отработанном времени не настолько существенна, чтобы можно было объяснить весь разрыв в зарплате[24].

Свою роль играют также условия труда — от 69% до 94% работающих в условиях опасного или вредного производства — мужчины, однако остаётся вопрос, насколько превышение по этому параметру увеличивает разрыв в общем доходе, потому что женщины тоже работали на вредном производстве, хоть и в меньшем количестве, а общее число мужчин, работавших в тяжелых и вредных условиях как в формальном, так и неформальном секторах, составляет около 14% от количества всех работавших мужчин[25].

Если посмотреть на данные по образованию, цифры создают дополнительный диссонанс в более-менее понятном соотношении время/условия/доход — высшее образование имеют 55% работающих женщин и 45% работающих мужчин, среднее специальное — 56% против 44%, большинство квалифицированных рабочих мест занимают женщины (62,3% на 2020 г.[26]), при этом руководителями работает всего 41% женщин, остальные 59% руководителей — мужчины. Более того, в целом женщины в России вообще образованнее мужчин[27].

Также вызывают вопросы о причинах приведенные в российском сборнике  сведения о начисленной среднечасовой заработной плате по группам занятий[28]: у женщин она стабильно меньше, хотя этот разрыв уже нельзя списать на количество отработанного времени и условия труда, так как расчет произведен именно с учётом  показателя времени (доход /отработанные часы) и внутри одной и той же категории работников. Тем не менее этот разрыв существует, и он дополняет общую картину, объясняющую ту существенную разницу в 28,31% между среднемесячным заработком мужчин и женщин, которая выведена в укрупненных данных МОТ, и именно он может быть отнесен к конкретно гендерным различиям в оплате труда[29]. Здесь, конечно, нужно обратить внимание на то, что данные получены не сплошным сбором информации, а методом выборки, однако мы вполне допускаем возможность существования определенной доли “гендерной предвзятости” в некоторых секторах экономики, и вот почему: 

На наш взгляд, подобные ситуации, в которых заработная плата специалистов одной и той же категории на одном и том же предприятии может разниться, и порой весьма ощутимо, чаще всего наблюдаются в предприятиях мелкого и среднего бизнеса (реже в более крупных организациях), особенно в неформальном секторе (кстати, общая доля участия в нем рабочей силы составляет около 18% от всего числа занятых женщин и 20% занятых мужчин — приблизительно каждый пятый), либо не использующих тарифные сетки по категориям, либо использующих вилки окладов. «Хитрость» этих ситуаций в том, что при подборе персонала у работодателя есть возможность снизить цену, которую он на самом деле был готов заплатить специалисту за работу, предлагая больше или меньше тому или иному кандидату «в зависимости от результатов собеседования», и в этих «торгах» очень часто именно женщины готовы «упасть в цене». Конечно, и мужчины в этой ситуации могут «продешевить», но именно женщины обладают заведомо заниженной стоимостью рабочей силы (даже в восприятии самих себя) по причине своей способности рожать. Минусами для работодателя становятся как отсутствие детей (специалист уйдет в декрет/ы и придется искать временную замену), так и их наличие (специалист не будет отдавать себя работе целиком и полностью, будет уходить на больничные, отпрашиваться на детские праздники, отказываться от командировок и переработок). И даже если у женщины есть бабушка, готовая сидеть с детьми, или женщина вообще не планирует вступать в брак и рожать детей — она просто принадлежит к той части человечества, которая не может быть максимально эффективной рабочей силой для отдельно взятого капиталиста, а потому и занижение цены её рабочей силы неизбежно. А с другой стороны, фактором понижения становится то обстоятельство, что рожают женщины в абсолютном большинстве случаев от партнёров-мужчин, а значит «есть кому/он и должен содержать». В этой ситуации капиталист перекладывает на частные лица (семью: мужа, родителей или других родственников женщины) часть расходов на производство (биологической) жизни человеческого рода (вида), которая воспринимается как «личное дело», хотя на самом деле воспроизводство рода посредством «личного дела» — это проявление родовой (видовой) сущности человека как живого (биологического) существа. Воспроизводство человека как живого существа является не только «личным делом», хотя и осуществляется индивидами — это деятельность по продолжению жизни рода (вида), которая должна обществом поддерживаться, регулироваться и обеспечиваться. Вдобавок ко всему, при воспроизведении одной и той же ситуации то, что когда-то было следствием, со временем становится причиной — существующее соотношение цены женской и мужской рабочей силы принимается как данность и уже не нужно прикладывать специальных усилий для её снижения, — задавая определенные планки зарплат, работодатель уже представляет гендерный состав штата.

Конечно, нужно отметить, что способность рожать учитывается и самими женщинами при трудоустройстве: например, среди «погонников» в РФ (МВД и т.п.) действительно существует такое явление, когда женщины устраиваются «на службу» с расчетом на то, что можно будет и не надрываться на ней, ведь стаж для досрочной пенсии будет идти и в то время, когда они будут сидеть в декрете (порой и в двух-трех подряд) — это тоже определенный способ приспособления, при котором женщина может (относительно) спокойно рожать, а потом в еще трудоспособном возрасте с уже подросшими детьми получить некоторую стабильную финансовую поддержку (в виде пенсии) и при желании перейти на какую-то другую работу. Отчасти сходные ситуации встречаются и на государственных, и на частных предприятиях, когда женщина стремится избежать тягот работы по найму, имея при этом другие источники средств к существованию, а предприятия соблюдают трудовое законодательство и не увольняют декретниц тем или иным способом — женщины переходят из декрета в декрет, “вырабатывая” пенсионный и больничный стаж, фактически не работая (хотя сама по себе такая возможность — большой общественный прогресс, ведь в таких ситуациях отражено признание того факта, что воспроизводство человека должно учитываться в процессе производства средств к жизни на общественном уровне). Однако вовсе не все женщины (скорее, все же незначительное их меньшинство) поступают именно так; но как имеющая место быть возможность она распространяется и на тех женщин, кто хочет и может работать, или вообще не имеет выбора работать или нет. Условия реализации женской способности рожать и реакции на неё обусловлены в первую очередь состоянием экономики и общественным строем, а люди, каждый как может, приспосабливаются к уже имеющимся условиям. Но, если в госструктурах процветает своячество и “вечные декретницы” не оказывают существенного влияния на работу структуры в целом, то в частных предприятиях (особенно не входящих в число крупных, а таких большинство) это зачастую приводит к сбоям налаженных внутренних процессов, что экономически не выгодно собственнику, у которого каждый сотрудник как правило работает «и за себя, и за того парня», поэтому «женские риски» порой и компенсируются занижением заработной платы работницам. Напомним, что в этом разделе мы говорим именно об экономике, поэтому речь не о полезности/бесполезности деторождения, моральности/аморальности того или иного поведения работника или работодателя — здесь просто констатируется факт того, что для отдельно взятого капиталиста женщина — «работник с нагрузкой» в сравнении с мужчиной, а женщине не остаётся ничего иного, как приспосабливаться теми средствами, которые у неё в распоряжении (впрочем, это же поведение можно наблюдать в текущей ситуации практически у любого человека независимо от пола, возраста и т.п.).  

В этом своеобразии участия женского пола в трудовой деятельности выражается в том числе и серьезное противоречие между двумя видами производства жизни общества в условиях капитализма — производства рода и производства средств к жизни. У капиталиста нет общественного интереса, у него есть только свой частный интерес — прибыль; прибыль же «протестует» как против роста размеров заработной платы, так и против роста налогов, которые могли бы пополнять общественные фонды, — ситуация неразрешаемого конфликта “прибыль vs общество” на самом деле неизбежна и неустранима при капитализме.

Безработица среди мужчин и женщин России в 2017 году: по данным МОТ среди женщин безработных было 3,9%, среди мужчин 4%[30], по российскому сборнику 5,1% среди женщин, 5,4% среди мужчин — как можно видеть, разница незначительна, хотя нельзя не учитывать того, что зачастую регистрируются безработными те, кто вовлечен в неформальную занятость (фактически работает на постоянной основе), но зато не регистрируются те, кто действительно нуждается в работе и ищет ее.

Итак, какие самые общие выводы мы можем сделать на основании имеющихся статистических данных о положении женщин России в экономике? 

Первый вывод: социалистическая революция действительно вырвала российскую женщину из патриархального уклада домохозяйства -образованность и участие женщин в экономике (и увеличение за счет этого их независимости) достаточно велики. Но произошло это, конечно, только в результате индустриализации и перехода от крестьянской страны к стране промышленно развитой, то есть невозможно решительно изменить положение женщин, не меняя всего общественного устройства. Наиболее равноправной с мужчинами женщина была в первобытных обществах, где уровень развития производительных сил был крайне низок и работать могли и должны были все; наиболее равноправной она становится в обществах с развитой экономикой, с высоким уровнем развития НТП: требуется меньше непосредственного участия человека в процессах производства, а сам способ участия предъявляет более универсальные требования к людям, независимо от их пола.

Второй важный вывод, который мы можем сделать: женщина становится точкой проявления противоречий двух процессов производства жизни общества в силу того, что именно она рожает и выпадает на время из другого процесса производства (дети в данном случае часто отождествляются с женским вопросом, но на самом деле, конечно, это отдельная проблема для рассмотрения, хоть и тесно связанная с женским вопросом как раз потому, что именно женщинам отводится сейчас роль основных опекунов над новыми членами общества). Если в начале истории (предыстории общества, по словам Маркса) все члены общества наравне (действительно наравне, по возможностям) участвовали в общем процессе производства средств к жизни, а воспроизводство рода было в сфере общего интереса (дети не делились на своих/чужих), то при капитализме общество разделено на частных производителей, цели частного производства совпадают с целями общества как целого скорее случайно, а воспроизводство рода вообще воспринимается как “личное” (индивидуальное) дело. Большинство семей, а тем более одиноких/разведенных матерей, сегодня не имеют реальной поддержки общества и достаточных собственных средств, чтобы нести расходы на «свое личное дело» в виде полноценного содержания матери и ребенка, качественного питания, образования, лечения и т.д. Воспроизводство рода перекладывается на семью, но если когда-то семья действительно была производящей силой, владевшей средствами производства и худо-бедно могла кормиться своими силами, то сегодня ситуация совершенно иная. В силу этого складываются такие основные направления[31] женского поведения (жизненной стратегии, можно сказать), как:

1) женщина не видит для себя перспектив в экономике, связывает свое материальное благополучие скорее с “кормильцем”, будущим отцом детей, старается “удачно выйти замуж”, настраивается на удовлетворение потребностей мужчины (как главного источника средств к жизни), замыкается на семье, работая «постольку, поскольку», если работает вообще, выпадая таким образом из общественной жизни (и это все, как правило, негативно сказывается на ней самой независимо от того, осознает это сама женщина или нет); по сути — происходит попытка воспроизводства отношений общества патриархального уклада (пресловутые традиции), хотя на самом деле в основе лежит общая для обоих полов сегодня проблема доступа к жизненным средствам, только человеку-женщине, как правило, предстоит рожать новых людей, а рассчитывать на помощь сообщества сейчас не приходится[32]. Чем слабее уже развитая экономика (выше удовлетворения жизненного минимума), тем сильнее женщина из неё вытесняется «в семью», вот только “проблема” современной капиталистической России в том, что такого архаизма, как патриархальное хозяйство, уже нет, и очень давно, люди не живут большими семьями на своей земле, а мужчины в большинстве своем — наёмные работники. Успешная реализация подобной стратегии в итоге мало осуществима, но приобретая форму образа “семейного счастья”, “женского счастья”, эта стратегия до сих пор остается популярной иллюзией, к сожалению — как среди женщин, так и среди мужчин;

2) женщина воспринимает себя самостоятельной, материальное благополучие связывает с работой, социальным статусом; к выбору партнера для брака относится преимущественно как к выбору Человека, не акцентируя внимания на возможности получения дополнительного источника средств существования; выходя замуж, осознанно рожает ребенка/детей (что сегодня, к сожалению, часто приводит к ухудшению материального благополучия семьи и создаёт угрозу существованию семьи вообще), либо семья откладывает рождение желанного ребенка, осознавая экономические последствия и стараясь подготовиться к ним (тут относительно поздние роды хотя бы позволяют женщине обрести некую профессиональную основу, наработать стаж, что отчасти облегчает возвращение в экономику, а кому-то действительно удается сделать какие-то накопления на первое время после родов), — в принципе, если семье удается пережить период ухудшения материального положения, сохранить семью как таковую, то женщине становится проще вернуться потом к нормальной (относительно существующих норм) жизни.

Но в случае развода при наличии детей и попадания в тяжелую экономическую ситуацию, женщина вполне может пересмотреть “жизненную стратегию”, отказаться от статуса “финансовой независимости” и перейти к поиску “кормильца”; часто женщины именно для сохранения нового положения вещей рожают детей от нового партнёра, хотя при этом многие испытывают сильнейший стресс из-за опасений ухудшения положения детей от предыдущего брака. И эта проблема, на наш взгляд, тоже очень остро показывает современное состояние процесса производства жизни рода, ложащегося тяжким бременем на женщину, потому что подобные ситуации действуют разрушительно и на саму ее личность, и отражаются на детях, будущих участниках общественных процессов;

3)  женщина вообще отказывается от создания семьи и рождения детей (но это всё же самые редкие случаи, и встречаются реже, чем у мужчин)[33].

Это вот самые общие векторы, мы не пытаемся загнать живую реальность в какие-то шаблоны, на самом деле нет ничего абсолютного и всеобъемлющего для возможности описания жизненных ситуаций. Но как возможности выбора при наличных условиях (в первую очередь — стартового социально-экономического положения женщин), с учётом определенной степени осознавания двойственности своего положения женщинами они основные, на наш взгляд. Конечно эти “стратегии” постоянно меняются, переплетаются друг с другом, выливаясь в результате в те формы поведения, которые мы не обозначили, но в наши цели не входило обозначить все вероятности из возможных, — только ключевые, лежащие в базисе общества, — в производстве человека и производстве средств к жизни.

И здесь необходимо подчеркнуть, что вообще любые “жизненные стратегии” людей формируются и реализуются в первую очередь в зависимости от социально-экономических условий, в которых рождается и живет ребенок. СМИ и массовая культура предлагают населению множество различных точек зрения и подходов, объяснений и примеров, дети как губка впитывают мейнстримные установки, но в конечном итоге та или иная “жизненная стратегия” повзрослевших людей определяется действительными возможностями для ее реализации (цель корректируется практикой, всегда определяющей, что действительно является целью, а что — просто фантазией). Можно мечтать стать президентом, живя в таежной деревне, до которой дотянулось телевидение, но в конечном итоге выбирать приходится из тех реальных условий, которые предоставляются обществом в этой таежной глуши. Если у женщины есть родители или кто-либо ещё, кто может оказывать ей материальную поддержку в кризисных ситуациях (тот случай, когда домохозяйства не совпадают с понятием семьи в полном смысле), у нее становится гораздо больше шансов вернуться к активной социальной жизни; если нет — … выбор невелик. То есть либо общество устраивается так, чтобы одновременно учитывать оба процесса производства жизни с различением специфики участия в них мужчин и женщин, либо проблема выживания неминуемо переходит на уровень “биологического”, где для социального остается слишком мало места (в ход идут эксплуатация полового влечения, убийство детей, отказ от них и т.д. и т.п….).

Ну и последнее: как мы могли увидеть в ходе анализа статистических данных, женщины России действительно получают меньшую зарплату относительно мужчин, безотносительно своего уровня образования и квалификации, при этом каждая третья семья с детьми — это одинокие матери. То есть в нашей стране огромное количество женщин, которые тянут непосильный при капитализме груз «воспроизводства рода», что соответственно влияет на их активность в других сферах общественной жизни, разрушает их, постоянно вынуждая выбирать между личным благополучием и благополучием ребенка/детей. Наличие ребенка существенно ухудшает материальное положение одинокой матери (при этом сумма задолженности по алиментам в стране только растет, каждый пятый родитель не платит алименты, ⅓ из них объясняет это «личными мотивами»[34]). Нужно также учитывать объем серых зарплат[35] и закредитованность населения — наибольшая часть работы “в черную” или “по-серому” приходится на сферу услуг, особенно на торговлю, а там большинство занятых именно женщины, поэтому рождение ребенка — это заведомо большие риски и потери доходов для женщин, работающих на таких условиях, не говоря уже о разводе. Ребенку же необходимо питаться, одеваться, лечиться, учиться и развиваться, но новый член общества оказывается «частным делом семьи», даже если его семьёй становится одинокая женщина. Является ли такое положение дел “личной” проблемой женщин (“самадуравиновата”)? На наш взгляд, не больше, чем “личной проблемой” мужчины является работа по найму за копейки, невыплаты зарплаты, увольнения, ипотека и прочие “жизненные неурядицы” — мог же выучиться, выбрать/сменить работу/профессию и т.п. Рассуждения вроде “человек сам виноват в своих проблемах” — это типичное мелкобуржуазное мышление человека, неспособного мыслить системно, видеть мир в его совокупности, взаимосвязях, закономерностях, не понимающего что такое личность и как она формируется, игнорирующего различные социально-экономические условия, в которых люди живут и принимают те или иные решения.

Мы не будем здесь подробно рассматривать проституцию и порнографию, потому что это отдельная, многогранная проблема[36], слишком тесно связанная не только с экономикой, но и с уровнем образования, моральным, нравственным, культурным состоянием общества в целом — с человечностью общества как такового. А главное, отнести эти проблемы именно к женскому вопросу нельзя — продажность, насилие и эксплуатация биологического в человеке — это не только женский вопрос[37].

Само существование этих явлений сегодня — одна из самых гниющих язв современного общества.  Возникшее некогда на излёте группового брака явление не было проституцией в том смысле, каким оно стало сейчас. И если сначала постепенное растление вовлечённых в проституцию людей, было  следствием[38], то сегодня следствие стало необходимой причиной, теперь растлённое, насквозь проституированное товарно-денежными отношениями, хоть и гораздо более развитое общество как таковое, эксплуатирует свое биологическое начало для воспроизводства спроса, расширения бизнеса, причем масштаб явления кардинально изменился, создавая искаженную для понимания сущности картину. Целые страны становятся заложниками порнографических и сутенерских ТНК в мировых масштабах этого грязного, бесчеловечного бизнеса — именно бедные страны и страны, находящиеся в кризисном состоянии, поставляют основную массу живого товара. Частная собственность разрушает общество во всех сферах его жизни. Если на заре истории антагонистических обществ с появлением моногамной семьи, проституция как действительная продажность явилась побочным следствием процесса порабощения женщины мужчиной и развития частной собственности, то сегодня она действует как инструмент этого порабощения, сопротивляясь освобождению женщины и всего общества от мерзости старого мира. Борьба против проституции и порнографии при капитализме становится по сути борьбой с ветряными мельницами, бесплотными попытками очиститься от продуктов собственной жизнедеятельности, не прекращая ее саму и не меняя её формы. 

Социальная среда

Чтобы не увязнуть в многообразии явлений социальной жизни, мы сразу обозначим “болевые точки”, состояние которых, на наш взгляд, стоит вкратце рассмотреть.

Наиболее важным для рассмотрения мы считаем следующие стороны жизни женщин в обществе:

  1. Распределение женщин в некоторых сферах социальной деятельности и стереотипы; 
  2. Насилие;
  3. Поведение (на примере основных причин для разводов)

И снова обратимся к статистике.

Распределение женщин в некоторых сферах социальной деятельности и стереотипы

Когда говорят о гендерных стереотипах, речь идет в первую очередь о том, как воспринимается место женщины в обществе обоими полами, это влияет как на выбор (возможный его спектр) сферы деятельности самой женщиной, так и на реакцию на ее выбор обществом, другими людьми. Стереотипы отражаются не только на участии в экономике и зарплатах, но и на доле участия женщин в различных сферах жизни общества, особенно в науке и политике. Почему мы считаем важным выделить именно эти сферы? Потому, что именно наука и политика относятся к сфере управления обществом, его развитием, к сфере постановки целей общества. Понятно, что политика — это концентрированная экономика, но даже в буржуазной среде женщина, имея материальную базу и (казалось бы) все возможности для активного участия в политике, остаётся второсортным участником даже такого сообщества, которое меряет всё по владению капиталом[39]. Это дополнительное свидетельство того, что истоки проблем женского вопроса кроются не только в классовой расстановке сил, хотя и связаны с ней.

В масштабах мира женщины сильно отстают от мужчин в этом участии — в политике занято не более 25% женщин[40], в науке на 2011 год участие женщин не превышало 30%[41].

В России ситуация достаточно своеобразна, видимо, в силу специфичности преобразований социалистического общества (общества более прогрессивного типа) — в органах власти в целом работает большинство женщин[42], но вот в Совет Федерации женщин включено всего 17,8%. Мы не хотим сказать, что буржуазным политическим силам нужно больше женщин, мы только обращаем внимание на то, что участие женщин в принятии политически значимых решений ничтожно, а равноправие — фиктивно. Но само по себе широкое участие женщин в госструктурах — это неплохой показатель, такое положение облегчило бы женщинам переход от формальной к действительной социальной активности в других условиях.

Ученые степени в научных исследованиях и разработках при большей образованности российских женщин в целом распределены следующим образом[43]:

  • — кандидаты наук — женщин 42%, мужчин 58%;
  • — доктора наук — женщин 26%, мужчин 74%.

При этом нужно отметить, что женщины представлены в основном в гуманитарных науках, в естественных же преобладают мужчины — и это плохой показатель не в смысле того, что много мужчин, а в смысле того, что очень мало женщин.

Также нужно обратить внимание на преобладание женщин в таких социально значимых сферах, как медицина и образование[44]. Зачем? Затем, что на наш взгляд, это еще одно свидетельство того, что несмотря на высокий уровень развития производительных сил, женщины продолжают сосредотачиваться там, где в основном происходит взаимодействие по поводу воспроизводства человека, а не по поводу взаимодействия с природой — именно это вытеснение и произошло тогда, когда женщина была “заперта” мужчиной в доме, в семье. Напомним ещё раз: производственные отношения, о которых говорит политэкономия, это отношения между людьми (внутри рода (вида)), которые возникают в процессе взаимодействия людей с природой и по поводу этого процесса. Эти производственные  отношения не покрывают собой всё многообразие отношений между людьми; нельзя сводить все отношения людей к одной только экономике, это грубая, буржуазная вульгаризация материализма и самого по себе марксизма — производство человека как живого существа, сохранение его жизни, обучение, культурное развитие не относятся к экономике сами по себе, хотя и связаны с ней. Попытки буржуазных политэкономов перевести этот вид производства в свою епархию и измерять своими мерками,  свидетельствуют скорее о том, что они не способны преодолеть свою ограниченность и мыслить другими категориями. Но вернёмся к вопросу — нужно вспомнить, с каким трудом вообще женщины вырывались «из семьи» в общественную жизнь, как пробивали себе дорогу даже в эти сферы — первые женщины-врачи, учительницы — многие ли знают историю этих профессий? А ведь такие героини, революционерки в своей сущности, подвергались общественному остракизму, встречались с недоверием и даже ненавистью людей, убежденных в том, что женщина не может быть настоящим врачом (учителем, водителем, экономистом, программистом и т.д.), а женское предназначение (и счастье) — это быть замужем и воспитывать детей. Что особенно удивительно сегодня на постсоветском пространстве — многие люди считают, что способность биологического организма рожать имеет непосредственную связь с умением женщины воспитывать и обучать (что само по себе вызывает в этом случае вопросы об оправданности существования таких специальностей, как педагог, воспитатель, психолог и т.п.). Даже в те профессии, которые сейчас относят к “женским”, женщины когда-то с трудом пробивали себе дорогу — это сохраняется и сегодня, только уже в других профессиях, не в столь явном виде и не в такой острой форме. Человечество вообще всегда долго изживает наследие предыдущих поколений, на протяжении всей его истории мы постоянно наблюдаем борьбу старого с новым — отказ от привычного в пользу непривычного никогда не происходит гладко и “по плану”, и наличие этой специфики в развитии общества необходимо учитывать.

Насилие

По данным на март 2019 года[45] во всем мире 17,8% женщин подвергались физическому или сексуальному насилию со стороны нынешнего или бывшего интимного партнера в течение предыдущих 12 месяцев — почти каждая пятая. Наибольший процент, конечно, там, где бедность и войны, при этом распространенность сексуального насилия ниже, чем физического, однако в интимных отношениях эти виды насилия часто связаны между собой (и здесь необходимо всерьез задуматься на тему того, насколько сегодня очеловечились эти естественные, природные отношения, — насколько люди стали в них людьми). На самом деле, насилию в различных формах подвергается еще большее количество женщин, при этом по данным доклада “Женщины мира в 2015 году. Тенденции и статистика” в большинстве стран за помощью любого рода обратилось менее половины женщин, переживших насилие, а среди тех, кто просил о помощи, большинство обратились к семье и друзьям, а не в полицию и медицинские службы — неплохой показатель общественного отношения к женщинам, подвергшимся насилию, не правда ли? При этом поражают показатели оправдания насилия в адрес женщин со стороны самих женщин: в большинстве случаев женщины гораздо более жестоки к себе, чем мужчины к ним, и это не может не удручать — женщины либо ненавидят сами себя, либо в глубине души считают мужчин животными, неспособными управлять собой, а потому прощают им их бесчеловечность. Когда сталкиваешься с подобной статистикой, невольно всплывают в памяти слова Августа Бебеля о том, что “сами женщины обыкновенно осуждают «падшую» сестру наиболее жестоко и бессердечно”. Дополнением к этому имеет смысл обратить внимание на то, что по данным за 2017 год количество женщин, имевших психические расстройства, практически по всем показателям превышало количество мужчин с аналогичными проблемами, уступив пальму первенства в несчастьях только по алкоголизму и наркомании[46].

В России по данным за 2017 год[47] осужденных за совершенные преступления женщин было 13,5% от общего числа осужденных. За изнасилование женщины не осуждались. Стыдно ли мужчинам, как и женщинам, признаваться в совершенном над ними сексуальном насилии, или женщины просто не насилуют мужчин, доподлинно нам неизвестно, поэтому ограничимся простой констатацией факта. За неуплату алиментов в 2017 году было осуждено 11,2 тыс. женщин — это 27,9% от общего числа осужденных по данному правонарушению.

Среди потерпевших по преступлениям, сопряженным с насильственными действиями, в 2017 году было 42,1% женщин[48], самое большое количество таких преступлений против них при этом совершены в семье и на работе — ну неужели слова классиков о двойном угнетении все еще актуальны? И даже по преступлениям, совершенным в отношении малолетнего, девочки лидируют в списках жертв. Кроме того, конечно, на сексуальной почве абсолютное большинство преступлений совершается против женщин любого возраста. Когда российские мужчины возмущаются тем, что женщины-судьи, как правило, оставляют детей с матерями при разводах, может имеет смысл задуматься о взаимосвязи мужского насилия (даже безотносительно пола жертв большинство осуждённых — мужчины) и выбора в пользу матери в вопросе “с кем жить ребенку после развода”? Мы не говорим, что все мужчины агрессивны, безответственны и потенциально преступны, мы говорим о том, что причины для такого предпочтения были и остаются до сих пор. В данном случае, в общественном сознании процесс признания за мужчинами их отцовских чувств и возможностей сопоставим с общественным признанием женщины как полноценного человека, и мужчинам предстоит доказать свое родительское равноправие не привычным способом — войной (против матери за ребенка), —  а позитивно — своим родительским поведением. В этом плане в европейских странах уже существуют положительные решения этой проблемы вроде такого, когда судом сразу устанавливается распределение времени проживания ребенка с обоими родителями, а размер алиментов рассчитывается исходя из материального положения супругов, и если отец действительно хочет сохранить близость с ребенком, у него такая возможность существует.

Но пока мы всё же можем резюмировать, что женская физическая слабость (по сравнению с мужчинами) и естественное для человека как живого существа половое влечение становятся причиной того, что независимо от классовой принадлежности женщина очень часто страдает (напомним, как минимум каждая пятая) при взаимодействии с тем, с кем она взаимодействует в силу того, что отношения мужчин и женщин — это самые естественные отношения между людьми.

Поведение (на примере основных причин для разводов)

Самая проблематичная для рассмотрения тема — это чувства и переживания, так как измерить их статистикой гораздо труднее, чем экономические показатели. Проблема также ещё и в том, что различные опросы, исследования психологов и т.п., как правило, базируются на исследовательском восприятии современного состояния общества, живущих в нем людей как некой данности, при этом достаточно статично, хотя и с учётом изменений относительно прошлого. Главное, что при учете экономического влияния, воспитательных моментов и т.п., не учитывается самое важное, на наш взгляд. Коротко говоря, если марксизм говорит о том, что в условиях частной собственности человек частичен и не может жить подлинно человеческой жизнью, быть человеком в действительном смысле этого слова, то современные социологические науки не воспринимают картину так целостно, динамично в качественном развитии и критично, для них, как правило, человек — это некая сформированная данность, соотношение норм и отклонений от них производятся внутри этой данности, без выхода за пределы ее ограниченности. Но без глубокого понимания того, что есть человек, каковы закономерности его эволюционного развития, революционности его изменений,  нет смысла и пытаться спрогнозировать то, каким мог бы стать человек при существенном изменении всего общественного устройства; сегодня наука в основном смотрит в прошлое в той же степени, в какой мыслится и капитализм как «конец истории» — другого будущего нет, человек может измениться и в существующих обстоятельствах. Закономерно, но неверно.

Единственное, на что мы можем в этом вопросе отчасти опереться, это статистика разводов и указанные для них причины. 

Количество разводов растет во всем мире, но речь, конечно, в первую очередь о зарегистрированных состояниях — растет и количество людей, живущих совместно без регистрации. Судя по опросам ВЦИОМ[49], молодые люди 18-24 лет меняют свое отношение к браку, хотя, конечно, мы учитываем возможные изменения их взглядов по достижении более зрелого возраста. В России количество разводов составляет около 4 на 1000 чел. населения, в 50-годы прошлого века оно составляло 0,5 и с тех пор стабильно росло, пока не достигло в 80-е годы уровня 4,2 (в 2019 тоже 4,2). Далее были колебания, всплески и падения, но в целом 4/1000 можно считать стабильным уровнем в наше время[50]. Вот только если соотнести статистику браков по тому же соотношению к 1000 чел. населения, то количество заключаемых браков снижается: в 50-е годы прошлого века заключалось 12 браков на 1000 чел, в 80-х — 10,6/1000 а в 2019 году всего 6,5 случаев на 1000 чел. населения. Таким образом, в процентном соотношении сохраняется всего  35,4% от общего числа зарегистрированных союзов. То есть, несмотря на постоянный демографический рост за период послевоенного существования СССР, начиная с 60-х годов количество браков неуклонно снижалось, а разводов — увеличивалось. Следовательно, тенденцию снижения количества брачующихся нельзя списать и на малочисленность современного нам брачного возраста, тем более что какая-то часть из общей статистики — это повторные браки.  

В качестве же причин, препятствующих расторжению уже заключенного брака, чаще всего люди называют детей (невозможность поделить) и материальную зависимость одного из супругов. Можно сделать вывод, что если бы было возможно урегулировать вопрос равного доступа к общению с детьми после развода и отсутствие материальных сложностей, то процент тех, кто предпочитает регистрировать и сохранять браки, стал бы ещё ниже. Кроме того, с 60-х годов существенно увеличилось количество детей, рожденных вне официального брака[51]. Совокупность всех этих тенденций вполне обоснованно можно охарактеризовать как признаки явного угасания привычной формы семьи.

В целом, можно указать на произошедшее (главное) изменение в обществе, которое лежит в основе перемен в восприятии людьми, особенно женщинами, семьи (брака) — по мере роста экономической независимости полов, возрастает и потребность в наличии определенных, подлинно человеческих, духовных качествах партнера. В своем роде это становится свидетельством высвобождения семьи как исторически различного в своих формах, естественно возникшего союза разнополых людей в процессе воспроизводства человека, от тягостного давления на него другого необходимого для жизни процесса производства. Но, конечно, в условиях сохранения частной собственности полное освобождение семьи (в любой ее известной форме)  невозможно: чем сильнее эксплуатация человека, тем сильнее необходимость превращения семьи в хозяйствующую ячейку для сохранения самой возможности воспроизводства человека (в данном случае снижение или увеличение демографического роста в странах, не ограничивающих аборты и разводы, достаточно характерно отражают степени усиления или ослабления давления экономики на процессы естественного производства человека, потому что при наличии материальной возможности рожают и одинокие женщины), но превращение семьи в хозяйствующую при капитализме единицу, разрушает семью как союз, построенный на другом основании. 

Росстат не указывает причин разводов, поэтому приходится отталкиваться от данных различных материалов в сети. В качестве основных причин для разводов сегодня, как правило, указывают материальные проблемы, измены, разочарование в супруге, непродуманное (поспешное) заключение брака, вмешательство родственников и т.п. Как можно видеть, кроме материальных проблем, все остальные причины относятся больше к отношениям межличностным, и это подтверждает наши слова об изменении причин для возникновения и распада семьи. Чем более человеческим становится общество, тем сложнее сохранять старые, привычные семейные формы. Учитывая, что общество стоит на границе перелома всей своей истории (предыстории), мы можем утверждать, что на данном этапе структурные перемены происходят в обоих процессах производства жизни общества, и в отношении семьи это нельзя отнести к негативным или позитивным явлениям — просто это объективный процесс, крайне сложный и противоречивый. Пока еще трудно предсказать, какой может стать семья в далекой перспективе, но что можно сказать точно — прежней она не останется, и людям придется это принять и искать новые способы для решения имеющихся проблем. Современное состояние общества выдвигает новые требования к межполовым взаимоотношениям, и проблема не в том, что люди стали хуже или лучше — проблема в изменившихся условиях, в которых эти люди живут и взаимодействуют.

Мир изменился, и семья тоже, женщины вышли в общество и теперь им приходится выживать и конкурировать наравне с мужчинами, несмотря на разные весовые категории — странно ли, что зачастую женщины становятся так похожи на мужчин в своём поведении? Когда женщина ведет себя “не женственно” — не является ли это всего лишь повторением мужского поведения в обществе? И если кому-то кажется, что в женщине сегодня стало меньше положительных качеств, не сигнал ли это о том, что просто в обществе в целом серьезные проблемы?  Есть ли сугубо женские и сугубо мужские качества, или есть человеческие? Что больше определяет характер и поведение человека — его биологическая природа или все же социальная среда, условия, в которых он формируется? Действительно ли нормально для мужчины вести себя как агрессивное или похотливое животное, которое не в состоянии себя контролировать и решать проблемы по-человечески, как существо разумное, социальное, все ли так называемые «мужские» качества являются подлинно человеческими? 

И нужно ли затыкать рот женщинам, говорящим о своих проблемах, или лучше поддержать их, чтобы помочь и мужчинам, и женщинам становится человечнее?

В разделе о поведении мы сознательно ничего не стали писать о том, что диктуется “общественным мнением” для поведения мужчин и женщин в повседневной жизни, какие предъявляются требования к внешности, какие приписываются “характерные черты”, что считается моральным, а что аморальным для мужчин или женщин, как это влияет на отношения между мужчинами и женщинами — всё это “производные”, результат конкретного исторического состояния общества, а потому изменчиво и преходяще. Ранее мы писали о том, что современная социология рассматривает человека как некую сформированную данность, но мы так не считаем и полагаем, что подобные вопросы необходимо рассматривать в их динамике, с учетом причинно-следственных связей и исходя из закономерностей развития общества как такового. Для данной статьи это слишком объемная тема, не имеющая необходимой связи с целью нашей работы, поэтому мы ограничимся одним замечанием: поведение, характеры людей зависят от того, насколько человеческими являются условия жизни людей, сколько отводится в обществе места социальному, какие возможности предоставляются обществом для развития людей как личностей, то есть какие цели стоят перед обществом как целым. Без учета состояния общества в целом рассуждения о поведении и межличностных отношениях людей будут неумолимо переходить к морали, к понятиям добра и зла, от этих понятий придется снова вернуться к обществу как целому — но эта тема не нуждается в раскрытии для целей нашей статьи, так как является производной от того, что рассматривали мы.

Феминизм — какой он и как к нему относиться?

Феминизм — разный. Это не однородное движение, не единая теория. Мы не станем подробно рассказывать о феминизме и его разновидностях, благо информацию различного качества о нем сейчас легко можно найти в сети. Скажем главное: действительный феминизм занимается проблемами женщин, изучает эти проблемы, старается их решать по мере возможности, занимается борьбой за равноправие женщин[52], за вовлечение женщин в более активное участие в жизни общества, требует включения женщин в общественные, политические организации, различные органы управления, и т.д. И это с точки зрения коммунистов должно расцениваться положительно, так как вовлечение женщины в общественную деятельность ведёт к её действительной эмансипации (как и любого трудящегося, кстати говоря — каждый член общества должен учиться управлять им, помните, что Ленин говорил?). Как мы могли убедиться, сегодня у женщин осталось ещё огромное количество нерешённых проблем, и если более образованные и обеспеченные женщины прикладывают усилия для того, чтобы помочь менее образованным, менее обеспеченным и незащищённым женщинам, это можно только приветствовать и поддерживать. Мы не хотим сказать, что всё, что делают феминистки — хорошо, но когда они делают то, что необходимо делать для решения проблем женщин, странно отрицать это только потому, что они — феминистки.

В феминизме существует множество различных течений, разделять которые, на наш взгляд, имеет смысл не по тому, как они сами себя представляют, а по основанию, взятому ими для построения своих теорий. Есть во всех этих течениях только одно главное утверждение, объединяющее их все — это более угнетенное положение женщин по сравнению с мужчинами (как мы могли убедиться, они всё же не врут). При этом характеристики угнетения в каждом течении где-то совпадают, где-то отличаются только акцентами, но все отличия в итоге базируются на различном понимании причин угнетения.

Нужно также сказать о том, что на сегодняшний день феминизм, как и марксизм, смешались со множеством различных течений, занимающихся другими проблемами — в одну кучу сваливаются и социализм, и защитники всевозможных меньшинств, и ЛГБТ-движения, и экологи[53], и многие, многие другие[54]. Вся эта эклектика в западном обществе, благодаря специфике современного “демократического” общества, видится чем-то единым и относится к “левым” (например, «европейские левые»[55]). Это, скорее всего стихийное в начале, смешение различных протестных движений, ситуативное объединение для выступления «единым фронтом» разрозненных немногочисленных объединений, оказалось во многом роковым как для феминизма (движения, борющегося за равноправие женщин), так и для марксизма. В сознании западного обывателя “левые” стали «пакетными», и если ты не выступаешь за  “весь пакет сразу” — ты идентифицируешься как не левый (скорее как правый), при этом общим для всех (феминисток, социалистов, экологов, меньшинств и т.д.) становится выступление “против” (всего плохого), а вот с выступлением “за” — дело обстоит сложнее, эти “за” настолько разнятся, что, во-первых, негативная повестка  (протестная) становится той характеристикой таких левых, которая ярче всего запечатлевается в сознании обывателей, а во-вторых, в качестве позитивной повестки левых фиксируются те требования, которые наиболее поддерживаются и раскручиваются буржуазными СМИ, при этом совершенно теряется самостоятельная повестка наиболее революционных, прогрессивных движений. Вместо того, чтобы со своей собственной, позитивной повесткой стать ведущей силой, которая объединяла бы в комплексе действительно прогрессивные идеи, нацеленные на спасение человечества и среды его обитания, коммунисты растворились в итоге в мутной среде противников «того, что есть». Вместо сохранения упора на коренные проблемы общества и борьбы за радикальное его переустройство, произошел поворот в сторону реформизма, начался процесс разложения и деградации. Такое положение дел настолько устраивает правящий класс, что если в начале смешение различного и было случайным, стихийным, то впоследствии оно, на наш взгляд, стало сознательно культивироваться — если не можешь полностью искоренить проблему, можно попытаться её купировать или замаскировать. И это работает. Смешение столь разношёрстных объединений позволило нивелировать принципиальные различия и ослабить, дезориентировать как коммунистов, так и феминисток. Хотя нельзя сказать, что феминизм потерял свою силу наравне с коммунистической идей, нет, но отрыв феминизма от коммунизма всё же произошёл, и произошел он по причине серьезного поражения последнего. Коммунизм — это выход за пределы капитализма, его смерть, феминизм — нет. Женщины в общественной жизни настолько отстали от мужчин в ходе истории, что при капитализме во всем мире сегодня существует ещё достаточно большое поле для маневров в этом вопросе. Однако именно поэтому феминизм подвержен сильному влиянию всевозможных «примесей», использующих возможности его движения для решения своих проблем в рамках существующего общества. Но если этого не понимают немарксисты, то марксисты понимать это должны обязательно.

Наиболее важным (основным) различием мы считаем в теориях феминизма следующие главные источники угнетения:

  • а) патриархальное устройство общества, в котором главенство мужчин обусловлено биологически (и как ни странно, в этом некоторые феминистки оказываются близки с социал-дарвинистами);
  • б) классовое общество (самые прогрессивные феминистки), колониализм, расизм и т.п.[56]

На основе такого деления можно видеть, как кардинально отличаются феминистские теории друг от друга, оставаясь, тем не менее, при этом феминистскими (то есть нацеленными именно на решение проблем женского пола, а они, как мы могли убедиться, у женщин действительно есть, даже в постсоветской России). 

Очевидно, что по такому делению все эти теории опираются на различные стороны человеческой жизни, затрагивая две стороны единого — биологическое и социальное в человеке как биосоциальном существе. Две стороны того, что невозможно механически разделить надвое (тут животное, а тут разумный человек), но и сами стороны при этом различны настолько, что нельзя одну рассматривать как другую (человек не рождается социальным, таким он становится только в обществе людей, пример детей-Маугли это хорошо показывает) — это не одно и то же, они различны. Марксисты же должны понимать единство этих сторон, их взаимодействие, взаимозависимость друг от друга, и тут было бы логичным сказать, что марксистское понимание женского вопроса кроется в изучении проблемного комплекса, трех его моментов:

  1. Воспроизводство человечества и взаимоотношения полов в нем (семья);
  2. Производство средств к жизни, и особенности участия разнополых индивидов в нём;
  3. Диалектика семьи и экономики, что останется, а что изменится при переходе к бесклассовому обществу.

Феминизм отчасти занимается изучением этих проблем, но со своих теоретических позиций и, конечно, сквозь призму женского взгляда, который не может не отличаться от мужского в силу объективно различного участия в жизни общества, даже тогда, когда налицо совпадение ключевых позиций. Плохо это или хорошо, что женщины говорят именно о женских проблемах? Ну, как минимум, это естественно — у них есть проблемы, которых нет у мужчин. Важны ли для общества проблемы той части человечества, которая принимает самое непосредственное участие в воспроизводстве общества? На наш взгляд — да, важны. И те, кто может рожать, и те, кто этого не может — такие же люди (по-крайней мере, женщины спокойно воспринимают эту мужскую слабость). Другой вопрос, какие именно проблемы выдвигаются феминистками в качестве таковых и что полагается в качестве причин — но это поле для дискуссий о действительных проблемах и причинах, а не поле битвы против “феминизма вообще”, просто потому, что он — не марксизм. Ведь феминизм и не претендует на замену марксизму, он говорит о своем, о том, о чем не говорят другие (в том числе зачастую и марксисты, увы) — о специфических проблемах половины человечества и влиянии этих проблем на общество в целом. Да, есть феминизм либеральный, враждебный коммунизму, но весь ли он такой? Враждебен ли коммунизму феминизм, признающий наличие классовых противоречий, империалистической эксплуатации и учитывающий эти факторы в своих теориях?  Вовсе не обязательно. 

Да, феминистки изъясняются причудливыми терминами, говорят на «птичьем языке», — российский феминизм не существовал в чистом виде, как и марксизм, но ведь всегда можно попробовать договориться о форме дискуссии, сверке терминов, проблематике обсуждения и т.д. — было бы желание слышать друг друга. 

Так как же относиться к феминизму в свете вышеизложенного? 

Если исходить из понимания того, что женщины всех стран мира действительно несут на своих плечах большую нагрузку по воспроизводству общества и поддержанию социальных сфер его жизни, то мы должны признать, что феминизм в качестве движения, стремящегося к максимально возможному улучшению положения женщин, его облегчению, к вовлечению женщин в активную общественную жизнь, к выводу интересов женщины за узкие рамки семьи — это положительное явление. Если же идти дальше и признать, что зачастую именно феминистки на данный момент занимаются тем, что должны делать марксисты как сторонники прогрессивного общества равных возможностей,  то нужно пересмотреть свое отношение к феминизму, перестать плеваться в его сторону и заняться изучением женского вопроса с марксистских позиций, начать работу по просвещению женщин, повышению их сознательности для занятия активной жизненной позиции и — для революционной борьбы. Ставшие сознательными женщины сами должны активно участвовать в изменении мира, нельзя бороться вместо кого-то за его интересы, а вот бороться за умы женщин — необходимо. И тут вполне может оказаться, что марксистам (независимо от пола) будет о чем поговорить с феминистками на предмет того, каким же должно быть (бесклассовое) общество будущего, что и как менять для этого, какой может или даже должна становиться семья, что необходимо изживать, а что сохранять и т.д.

Задачи коммунистов в работе с женским вопросом

Отсутствие понимания того, что проблемы женского пола и больше — процесса производства самого человека, это вполне самостоятельный и жизненно важный вопрос, говорит о том, что историческому материализму как важнейшей стороне марксизма уделяется недостаточно внимания. Кроме численности женщин, совершенно не берутся во внимание условия, в которых живёт эта половина потенциальных единомышленниц и соратниц, не осознаётся взаимосвязь положения мужчин и женщин в революционном преобразовании общества. То есть существующее положение дел и в будущем мыслится «приблизительно таким же», а изменения семьи как таковой вообще не берутся в расчет. (Интересно в таком случае, что же действительно революционного в другом процессе производства, кроме установления формальной общественной собственности, могут предложить мыслящие таким образом люди?) При этом игнорируются не только современные исследования, говорящие об уже происходящем отмирании семьи в привычной её форме, но и сами классики, сказавшие об этом более 100 лет назад. Но если не осознаётся неизбежность революционных изменений семьи, то не учитывается и её влияние на другой процесс производства — и это неизбежно будет иметь плачевные последствия. О каком планировании и прогнозировании в таком случае может идти речь? Семья — это не только межличностные отношения, это не хозяйствующая единица, это ячейка в той или иной форме, производящая людей, как материально, так и социально. Как будет складываться материальное обеспечение этого процесса? Какие структуры нужно будет создавать для его поддержки и развития? Каким будет влияние семьи (в том или ином её виде), а каким — влияние общественных структур? На данном этапе создаётся впечатление, что в качестве будущего многим людям видится простой механический слепок прошлого эпохи СССР, без учёта произошедших изменений — и это нельзя назвать позитивным явлением.

Постольку, поскольку огромную часть пути в истории мужчины олицетворяли собой ведущую, наиболее активную силу развития производственного процесса, державшую на “семейной привязи” женщину, сейчас для всех нас особенно актуально научиться смотреть на мир не с привычных позиций, а критически переосмыслить всю прошедшую историю, проанализировать реальные возможности участия мужчин и женщин в производственных процессах с учетом достигнутого научно-технического прогресса — ведь человечество вплотную подошло к широкой автоматизации процессов производства жизненных средств, а это означает освобождение человека от непосредственного участия в нем, это значит достижение такого уровня удовлетворения потребностей людей, при котором у каждого человека появляются все возможности для того, чтобы освобожденный труд превратился наконец в творчество, появляются все возможности для разностороннего развития человека как Человека, в полном смысле этого слова.

Каждому человеку, считающему себя коммунистом, как мужчинам, так и женщинам, необходимо пересмотреть привычное понятие семьи, отношения полов в ней, изучить взаимодействие производства средств к жизни и производства человека как живого существа, и задуматься над перспективами общества, исходя не из существующих условий, включающих в себя массу пережитков уходящего прошлого, а исходя из самой логики развития общества, из тех тенденций, которые оказывают наиболее прогрессивное влияние на ход его развития. Мир изменился для женщин, вернувшихся из семьи в общество, изменилось и всё общество с их возвращением, оно стало не просто более эффективным в сфере экономики — главное, что произошло с обществом, — оно стало более человеческим, но далеко не все ещё осознают эти кардинальные перемены, и нам всем есть над чем работать в этом направлении.

Что можно делать сегодня? Конечно просвещать, в первую очередь: как и в работе с пролетариатом для осознания им своего классового положения, так же нужно работать и с женщиной для формирования её осознанного восприятия своего положения в обществе. С женщинами работать трудно, на наш взгляд, действительно труднее, чем с мужчинами, — ранее мы рассматривали причины этих проблем. Женщины действительно больше заняты, и в первую очередь, по причине своего непосредственного участия в процессе производства человека. Но именно на этой почве и можно достучаться до них, обсуждая существующие проблемы — говорить о том, что могло бы эти проблемы решить — о яслях, садиках, бесплатных детских учреждениях, кулинариях, столовых, прачечных и т.п. Освобождение женщин от заедающего быта было одной из важнейших задач коммунистов сто лет назад, и сейчас ничего не изменилось. Никакие пылесосы, мультиварки, комбайны и т.д. не дадут женщине этого освобождения — техника сама себя не помоет и не отремонтирует, продукты не почистятся, мусор не соберётся, утюг сам не погладит… Есть большая проблема в том, чтобы объяснить женщине искаженность восприятия своего положения, своей роли —  межполовые отношения и материнство являются определенной призмой, через которую она себя воспринимает, как правило, в первую очередь, и только во вторую очередь идёт восприятие себя как общественного существа. И если мужчины в силу исторически сложившейся большей социальной активности чаще мыслят себя сначала общественными существами, а потом уже половыми, то женщине в этом плане предстоит сначала преодолеть другое препятствие. Однако нужно заметить, что в отношении межполовых проблем мужчины проявляют порой удивительную слепоту, что, впрочем, тоже имеет историю и закономерно — ведь в семье мужчина слишком долго в истории был на положении хозяина — а когда проблемы холопов интересовали барина как свои собственные? Даже добрый хозяин остаётся хозяином в том, как он мыслит свою собственность. Конечно не все мужчины таковы, но ещё много осталось неизжитого в межполовом общении, и это необходимо изживать, перевоспитывать не только женщину — без действительно равноправного и уважительного к ней отношения со стороны мужчины этот процесс может длиться бесконечно, вот только ход истории не остановить — либо люди неустанно работают над прогрессом во всех сферах жизни, либо будет происходить откат.

Есть хороший старый советский фильм, ещё немой — «Суд должен продолжаться» — в нем хорошо показана та значимость, которая придавалась решению женского вопроса со стороны межполового взаимодействия. Невозможно решить проблемы женщин (и изменить этим всё общество) путем одного обобществления средств производства, необходимо воспитывать и мужчин, и женщин на революцию и в этих отношениях, оба эти процесса должны прогрессировать одновременно

Мы постоянно указываем на тесную взаимосвязь двух различных видов производства жизни, потому что необходимо понять, что проблемы любого из них всегда будут мешать развитию другого. И если коммунисты говорят, что революционный авангард должен быть теоретически грамотным, то нужно вспомнить и о том, что говорили классики о женском вопросе. Без женщин революции не будет — об этом говорил Ленин, но как понимают эти слова сегодня? Многие ли задумывались о том, как же можно привлечь женщин в революцию? 

Вот, на наш взгляд, самые первые шаги, которые могут и должны сделать коммунисты по направлению к женщинам — говорить с женщинами об их проблемах, возможностях их решения и заниматься самообразованием, дисциплинированием себя самих, а также — разъяснением сути «женского вопроса», хотя бы в его ключевых моментах, как мужчинам, так и женщинам. 

Нужно изучать существующие проблемы, ситуации, в которых они воспроизводятся, исследовать причины возникновения этих ситуаций — только так можно понять, что действительно должно стать актуальной повесткой и войти в «апрельские тезисы».

Л. Г.

  1. По количеству мужчин и женщин в мире в 2018 году по данным сайта OECD, всего: Женщин — 3.782,1 млн. (49,6%), Мужчин  — 3.850,7 млн. (50,4%). При этом мальчиков рождается больше чем девочек, младенческая смертность среди мальчиков выше и продолжительность жизни мужчин тоже меньше.
  2. «Согласно материалистическому пониманию, определяющим моментом в истории являются в конечном счете производство и воспроизводство непосредственной жизни. Но само оно, опять-таки, бывает двоякого рода. С одной стороны – производство средств к жизни: предметов питания, одежды, жилища и необходимых для этого орудий; с другой – производство самого человека, продолжение рода» — Происхождение семьи, частной собственности и государства. Энгельс Ф.
  3. Необходимо отметить при этом, что наблюдается общемировая тенденция на снижение рождаемости, независимо от различного (относительно друг друга) уровня развития стран. То есть, в целом, мировое сообщество, несмотря на огромные разрывы внутри себя, хоть и с трудом, но пытается двигаться по пути качественного изменения и преодолевать свои ранние состояния.
  4. https://eca.unwomen.org/ru/digital-library/progress-of-the-worlds-women#_Fact_sheets
  5. https://eca.unwomen.org/ru/digital-library/progress-of-the-worlds-women#_Fact_sheets — весьма цинично выглядят наиболее высокие показатели наличия домохозяйств с одинокими матерями в странах Латинской Америки и Африки — регионы с высокой рождаемостью и запретом абортов.
  6. Женщины и мужчины России. 2018. Статистический сборник
  7. Россия включена в список стран с доходами «выше среднего уровня»
  8. стр.298 сборника “Глобальный гендерный разрыв. Отчет 2020
  9. Данные по эффективности см. табл.2.1 “Медицинские критерии приемлемости для использования методов контрацепции” 5-е издание, 2015 г. ВОЗ
  10. 4. Семья и домохозяйство в микропереписи населения 2015 г. Здесь существуют определенные нюансы с различием учетных единиц — за экономическую ячейку принимается домохозяйство, которое совпадает с понятием “семья” лишь отчасти, поэтому для вычленения из общего числа одиноких родителей с детьми отдельно матерей, отдельно отцов мы использовали различные таблицы. (табл. 4.2 и 4.6). Семейные ячейки зачастую ведут хозяйство совместно с другими родственниками.
  11. см. табл. 5.2 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  12. Неоплачиваемая работа включает в себя рутинную домашнюю работу, покупки товаров и услуг (в основном продукты питания, одежда и предметы обихода), уход за членами семьи (дети и взрослые) и посторонними, поездки, связанные с домашним хозяйством и т.п.
  13. Work-Life Balance
  14. см. табл. 5.9 и 5.10 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  15. по данным сайта OECD всего трудоспособного населения (от 15 до 64 лет) 65,3% от общей численности на 2018 г.
  16. UNData — также наблюдается интересная тенденция на снижение доли занятых в сельском хозяйстве и повышение в сфере услуг
  17. лица трудоспособного возраста, которые в течение короткого отчетного периода занимались какой-либо деятельностью по производству товаров или оказанию услуг за вознаграждение или прибыль
  18. развивающиеся, то есть самые бедные; доходы (Д) ниже среднего уровня; Д выше среднего уровня, страны с высоким доходом
  19. Трудовая статистика по женщинам — Women
  20. см. табл. 14 и 15, МОТ “Доклад о заработной плате в мире за 2018/1919 гг .: что стоит за разрывом в оплате труда
  21. см. диагр. 3.19 разд. Образование “Женщины мира в 2015 году. Тенденции и статистика” ООН, 2015
  22. трудоспособным считается возраст от 16 до 54 лет для женщин и от 16 до 59 для мужчин. см. табл. 4.1 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  23. см. табл.4.13 и 4.14 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  24. количество работавших мужчин больше количества работавших женщин: в формальном секторе на 5,6% (подработка — на 13,65%), в неформальном секторе — на 21,2% и 18,22% соответственно.
  25. см. таблицы 4.4 и 4.15 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  26. Сборник “Глобальный гендерный разрыв. Отчет 2020
  27. стр.297 сборника “Глобальный гендерный разрыв. Отчет 2020
  28. см. таблицу 4.38 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  29. то, что в сборнике “Женщины мира в 2015 году. Тенденции и статистика” ООН, 2015 названо “гендерными стереотипами”
  30. к безработным отнесены только те, кто искал работу
  31. Мы здесь рассуждаем, без учета различных факторов риска, возможных эксцессов, но с учётом определенного осознания женщиной двойственности своего участия в жизни общества — работа и/или деторождение
  32. Имеет смысл обратить внимание на то, как сейчас в обществе воспринимаются люди, которые вынуждены обращаться за пособиями и жить на них. Эта попытка буржуазного общества решить воспроизводимые им же проблемы приводит к тому, что люди, получающие государственную (общественную) поддержку, воспринимаются как паразиты и иждивенцы.
  33. Здесь хотелось бы упомянуть о таком явлении, как “чайлдфри” (свободный от детей) — на наш взгляд, это крайняя степень одной из множества форм реагирования на состояние процесса воспроизводства рода в условиях современного нам общества. Нельзя рассматривать такие идеи как нечто само по себе существующее, сформировавшееся в результате “идеологического” или “нравственного” изменения общества, нет — это протест против текущего состояния общества, но протест критически не осмысленный, направленный “на поверхность”, против норм и традиций, находящихся в остром противоречии с реальными возможностями. Сами чайлдфри могут рассуждать о “свободе личности”, о “выборе” и прочей ерунде — тут стоит задаться вопросом о том, какое содержание вкладывается в эти термины вообще, кто что подразумевает под этими словами. И тогда становится очевидно, что все эти “идеи” предлагают изменить жизнь людей, не меняя условий, ее определяющих; то есть, на самом деле получается, что люди мыслят существующее положение дел как вечное, а действительно изменять предлагается не саму жизнь, а лишь её субъективное восприятие. Без осмысления базиса, текущего классового состояния общества в таком ключе, в каком это анализировали классики марксизма, люди обречены барахтаться в явлениях надстройки, не понимая действительных причин происходящего. Имеет ли смысл осуждать сторонников чайлдфри? На наш взгляд — нет. Они не враги общества, не угроза вырождения человечества — если просто рожать новых людей, мир не изменится к лучшему, ведь проблема не в самой рождаемости, а в условиях, определяющих ее количественное и качественное состояние — вот об этом и нужно думать, над решением этих проблем и необходимо работать.
  34. «Известия»: сумма долгов россиян по алиментам обновила исторический рекорд, табл. 7.8 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  35. Объем «серых» зарплат в России превысил 13 трлн рублей
  36. Здесь мы объединили проституцию и порнографию в одно явление, так на самом деле это одно и то же, только в разных формах проявления
  37. “В отношении к женщине, как к добыче и служанке общественного сладострастия, выражена та бесконечная деградация, в которой человек пребывает по отношению к самому себе, ибо тайна этого отношения находит свое недвусмысленное, решительное, открытое, явное выражение в отношении мужчины к женщине и в том, как мыслится непосредственное, естественное родовое отношение. Непосредственным, естественным, необходимым отношением человека к человеку является отношение мужчины к женщине. В этом естественном родовом отношении отношение человека к природе есть непосредственным образом его отношение к человеку, а его отношение к человеку есть непосредственным образом его отношение к природе, его собственное природное предназначение. Таким образом, в этом отношении проявляется в чувственном виде, в виде наглядного факта то, насколько стала для человека природой человеческая сущность, или насколько природа стала человеческой сущностью человека. На основании этого отношения можно, следовательно, судить о ступени общей культуры человека. Из характера этого отношения видно, в какой мере человек стал для себя родовым существом, стал для себя человеком и мыслит себя таковым. Отношение мужчины к женщине есть естественнейшее отношение человека к человеку. Поэтому в нем обнаруживается, в какой мере естественное поведение человека стало человеческим, или в какой мере человеческая сущность стала для него естественной сущностью, в какой мере его человеческая природа стала для него природой. Из характера этого отношения явствует также, в какой мере потребность человека стала человеческой потребностью, т. е. в какой мере другой человек в качестве человека стал для него потребностью, в какой мере сам он, в своем индивидуальнейшем бытии, является вместе с тем общественным существом” К.Маркс “Экономическо-философские рукописи 1844 года”. — Для тех, кому трудно понять язык изложения Маркса, мы поясним: речь идет о том, что в отношении мужчины к женщине, в восприятии ее как человека, отражается степень торжества социального над биологическим в человеке, о том, насколько человеческое преобладает над животным в отношении людей, насколько сам мужчина стал действительно Человеком
  38. Чтобы узнать историю проституции и понять логику её развития, советуем прочитать работу Ф. Энгельса “Происхождение семьи, частной собственности и государства”
  39. 20 богатейших людей мира — 2020. Рейтинг Forbes — кстати, в топ 20 богатых людей в 2020 г. всего 3 женщины
  40. Сборник “Глобальный гендерный разрыв. Отчет 2020
  41. Сборник “Женщины мира в 2015 году. Тенденции и статистика” ООН, 2015
  42. Законодательная власть 62,4%, исполнительная 70,5%, суды и прокуратура 80%
  43. см. таблицу 3.16 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  44. см. таблицу 4.36 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  45. https://eca.unwomen.org/ru/digital-library/progress-of-the-worlds-women#_Fact_sheets
  46. our charts on Mental Health
  47. см. табл. 7.5 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  48. см. табл. 7.6 сборника Женщины и мужчины России. 2018
  49. Аналитический обзор
  50. Демография
  51. Прил. Промышленно развитые страны мира. Доля внебрачных рождений; Рост доли рождений вне официального союза приостановился
  52. Нужно понимать, что структура “ООН-женщины” — это те самые феминистки, которые добились активного участия в общественной жизни и смогли выйти на самые высокие уровни взаимодействия (в мировых масштабах). Как бы ни были велики претензии к деятельности ООН, нельзя отрицать того, что определенные позитивные изменения все же происходят в результате взаимодействия мирового сообщества
  53. Мы не хотим сказать, что экология, природа как таковая не имеют значения для коммунистов — именно марксизм с самого своего возникновения говорит о неразрывном единстве человека и природы. Но только марксизм говорит о том, что проблемы эти в условиях частной собственности решить невозможно.
  54. Особняком в теоретизировании на базе этой эклектики можно выделить квир-теорию — это, в сущности, постмодерн научной мысли, выросший на почве кризиса общества, откатившегося в прошлое
  55. https://ru.wikipedia.org/wiki/Европейские_левые
  56. Тут вслед за Лениным мы можем повторить, что признания наличия классов недостаточно для того, чтобы быть действительным революционером. Но для женщин это тоже необходимый для революционного развития шаг, как и для обычного рабочего
Использованные материалы:
  1. “Немецкая идеология” К. Маркс и Ф. Энгельс
  2. “Происхождение семьи, частной собственности и государства” Ф. Энгельс
  3. Экономическо-философские рукописи, 1844 г. К. Маркс
  4. “Логика истории” В.А. Вазюлин
  5. “Проблемы материалистического понимания истории в работе Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства»” В.А. Вазюлин
  6. Что такое друзья народа и как они воюют против социал-демократов?” В.И. Ленин
  7. «О задачах женского рабочего движения в советской республике» Речь В.И. Ленина на IV московской общегородской беспартийной конференции работниц 23.09.1919 г.
  8. «О женском вопросе» К. Маркс, Ф. Энгельс, В.И. Ленин
  9. «Женщина и социализм» А. Бебель
  10. Сайт ООН. Женщины
  11. Сайт Международная организация труда
  12. Сайт Организация экономического сотрудничества и развития
  13. Сайт Our World in Data
  14. Сайт Народонаселение. ООН
  15. Сайт ЮНЕСКО 
  16. Статистические сборники и прочие источники, указанные в сносках

Написано для журнала BESKOMM, впервые опубликовано здесь.