Содержание лекции

Начальный период формирования общества. Рабовладение

Скачать ePub PDF печать

Сущность рабовладельческой формации. Синкретическое единство природных связей и возникающих производственных отношений. Возникновение частной собственности и эксплуатации на основе естественно возникших связей

Рабовладельческая формация, так же, как и развитие общества в целом, проходит определенные этапы, а именно: начало, первоначальное возникновение сущности, формирование, зрелость и умирание

В данной лекции мы предпримем попытку рассмотрения сущности рабовладения в «чистом» классическом виде. Прежде всего, нам необходимо выделить особенности данной формации. Имеется широкое господство общинных отношений, общин, однако же, на данном этапе осуществляется преобразование общинных («естественных») отношений и общинной собственности возникающими отношениями частной собственности на рабов. Отношения рабовладельца и раба носят двоякий характер: существенно они еще не разделены, но в то же время положено начало их расчленения. Стоит кратко отметить, что под естественными отношениями в обществе мы подразумеваем то, что как бы «возникло само собой», естественным ходом (община и род), и что это естественное дает основу для, обозначим его так, «искусственного» – социальных отношений, которые уже преобразовывают свою естественную основу. Какова специфика производственных отношений при рабовладении? 

Во-первых, рабовладелец является собственником тела раба, который выступает объектом собственности, средством производства. В таком отношении осуществляется производительное отношение рабовладельца к природе

Во-вторых, раб есть субъект, пусть и в недостаточно вычленившемся виде. Раб имеет волю и сознание, к тому же, имелись различные пути становления рабом: добровольная самопродажа в рабство, рабство в качестве должника, более того, раб мог быть освобожден и так далее. Собственность как производственное отношение есть отношения субъектов по поводу объектов собственности, являющихся компонентами производства. Следовательно, признавая наличие субъектных качеств у раба, отношение рабовладельца и раба мы можем выделить и в качестве производственного отношения

В-третьих, собственность на тело раба вместе с тем есть собственность на природный объект, который не опосредствован трудом, не является искусственным, а не только  на производителя. Таким образом, оказывается, что отношение раб-рабовладелец есть еще природное отношение

Следовательно, производственное отношение еще пока только отчленяется от природных связей

Из сказанного следует, что рабовладельческую формацию мы не можем рассматривать исключительно с точки зрения частной собственности, с позиций её развития, и отношения между рабовладельцем и рабом никогда не выступают в виде одних лишь производственных отношений

Общинная собственность на рабов означает их использование в рамках «естественно возникшей общности». Тут производственные отношения тоже еще не отделились вполне от природных связей. 

На всех стадиях развития рабовладельческого общества сохраняется основа, унаследованная от прошлого (о ней конкретнее мы скажем позже). Следовательно, вопрос о классической зрелой форме данного общества решается совсем не так, как для общества капиталистического, когда формирование общества переживает стадию (или субстадию) завершения. 

На ранних стадиях рабовладельческого общества положение рабов отдаленно напоминает положение крестьян при феодализме, однако же, в процессе становления[1] рабовладения собственность на землю развивается не прямо (как это будет при феодализме), а опосредованно, через собственность на рабов. Земельная собственность носит характер подчиненного момента общинной собственности, общинных отношений. Возможность появления частной собственности обусловлена возникновением и развитием производства, перехода от охоты, добычи, через примитивные формы земледелия и скотоводства к более развитым формам последних. Развитие производительного отношения к природе, средств труда, от этого – еще более качественное отношение производства к природе, отношений между людьми в производстве (разделение труда) – всё это дало возможность производства как устойчивого минимума предметов потребления, так и излишка над этим минимумом. Степень излишка, конечно же, на разных стадиях была разной, но сам факт её наличия вёл к тому, что появлялась возможность присвоения этого излишка, распоряжения им определенной группой индивидов. Так как производились самые необходимые, основные предметы потребления, и производительность труда не давала возможности оптимального удовлетворения потребностей для всех индивидов, то борьба за владение этими продуктами имела место быть. Реализацию этой возможности нельзя понять, если полностью исключить знание происхождения людей от животных предков. Например, в стадах обезьян при ограниченности пищи лучшей её частью овладевает, прежде всего, вожак, затем детеныши, члены стада, близкие к вожаку, и так далее. При первобытнообщинном строе это биологическое неравенство, стадная иерархия, не исчезло полностью, а включилось в развитие общества, послужив основой для неравенства уже социального (вожак стал вождём и т.п.). 

Эксплуататорские общества возникают лишь тогда, когда складываются возможности для регулярного производства излишка сверх необходимого минимума. Для излишка, как мы уже отмечали, характерны нестабильность, колебания, тяготение к нулю, в том числе даже для необходимого минимума. Своё оправдание эксплуататорские общества сохраняют до тех пор, пока не появляется возможность удовлетворения необходимых оптимальных  биологических потребностей если не для всего общества, то хотя бы для его большинства. Это обусловлено более высоким развитием производительных сил. Итак, при наличии такого неустойчивого положения количества производимых продуктов, с неизбежностью следует жестокость данной формы эксплуатации, которая имеет в себе тенденцию к изъятию не только излишка, но даже необходимого минимума у непосредственных производителей. Отметим, что если иметь ввиду данную формацию в целом, то такая тенденция не является преобладающей, а более всего характерна для ранних этапов данного общества, когда эксплуатация зачастую носила случайный характер (например, набеги с целью ограбления). 

Это всё относится к количественной стороне дела. Но сама форма в ее специфике должна быть рассмотрена также с качественной стороны. В масштабах истории человечества первой исторической формой эксплуатации с необходимостью стало рабовладельческое общество. 

Собственность на излишек могла стать постоянной, если она в той или иной мере распространялась на компоненты производства. С точки зрения всемирной истории, частная собственность первоначально возникает в недрах родоплеменного строя, и преломляется через него. Разложение первобытнообщинного строя идет через взаимодействие общин, внутри же общины – через взаимодействие родового ядра общины и остальных её членов. Основное деление людей происходит по принципу «свой — чужой», по степени свойственности и чуждости. Вместе с тем, такое сознание есть сознание той или иной степени родства со всем, что существует – это соответствует преобладанию в производительной деятельности людей естественно возникших средств взаимодействия с природой, применение их в естественно возникшем коллективе. В общем и целом, господствует отношение людей друг к другу и к природе как к существенно тождественным с ними самими. Частная собственность, разумеется, быстрее всего развивается в отношении к движимым объектам. В первую очередь, обособленная частная собственность развивается на предметы личного обихода, с переходом к земледелию и скотоводству – на продукты производства, орудия земледельческого труда, скот и, медленнее, на землю. Однако же, пока что она выступает в качестве подчиненного момента природных естественных отношений, имеет характер «естественно»-частной, «природно»-частной собственности. Это – частная собственность, существенно не отчленившаяся от естественно возникших отношений. Это была частная собственность в «растворе» естественных, природных отношений. 

Исторически первая форма эксплуатации человека человеком могла быть лишь эксплуатацией членами естественно сложившегося коллектива прежде всего и главным образом чужих. Исторически необходимое отношение к чужим было отношением к ним, как и к другим телам природы, в отличие от себя как тела природы, а использование чужих – использованием их в качестве тел природы, естественно возникших средств воздействия

Иначе говоря, рабовладельческое общество есть отношения частной собственности, которые подчинены природным отношениям членов естественно возникших коллективов друг к другу и их отношений к естественно возникшим условиям производства. Рабовладельческая частная собственность в качестве необходимой ступени в истории развития человечества основывалась на почве естественно сложившихся отношений людей друг к другу и к естественно возникшим условиям производства, и без этой почвы как своей широкой основы она не могла существовать.

Переход от добычи к производству. Экстенсивное развитие производительных сил. Ремесло и обмен

Присваивающее хозяйство давало возможность образования лишь доклассового общества. Для перехода к первой исторической форме эксплуататорского общества потребовалось такое развитие производительных сил, при которых на первый план вышли естественно возникшие средства производства (скот, земля) и человек как производительная сила, человек, отрывающийся от связи с естественно возникшим коллективом. 

Орудия труда при этом переходе, как и на протяжении всего периода существования рабовладельческого общества, по крайней мере, всего рабовладельческого общества, не имели столь большого значения, поскольку были довольно примитивными и человек играл роль главной движущей силы, от его навыков, умений, от организации его труда и т. п. решающим образом зависела эффективность этих средств труда. Только с образованием капитализма роль произведенных орудий труда окончательно становится наиболее важной по сравнению с другими компонентами производительных сил.

По самой своей природе движимая частная собственность возникает и развивается быстрее, чем недвижимая. Для первой исторической формы эксплуататорского общества характерно опережающее и определяющее развитие частной собственности на человека и на скот. Частная собственность на землю также развивается, но медленнее и не является характерной, преобладающей тенденцией именно для рабовладельческого общества. Частная собственность на землю превращается в основной вид частной собственности в феодальном обществе.

Из сказанного следует, что наиболее быстро развивались рабовладельческие отношения у тех родоплеменных общин, которые переходили к скотоводству, к пастушеству.

Внутреннее развитие уже возникшего рабовладельческого общества могло происходить благодаря развитию средств и способов обработки скота и земли, благодаря развитию умений, навыков и т. п. производителей и совершенствованию организации их труда.

Прежде всего, скажем о соотносительных возможностях развития скотоводства и земледелия за счет развития средств и способов их обработки.

Первоначально скотоводство, т.е. скотоводство, находящееся на пути экстенсивного развития, означало главным образом приобретение людьми умения влиять на поведение животных. Когда же экстенсивное скотоводство исчерпывает свои возможности, когда оно разрастается настолько, что дальнейшее освоение свободных, пригодных для скотоводства, земельных пространств оказывается затруднительным или невозможным, происходит переход к скотоводству интенсивному, т.е. к собственно животноводству, а оно требует прежде всего увеличения и улучшения кормов, что невозможно без земледелия.

В отличие от скотоводства даже примитивное земледелие требует усовершенствования средств воздействия по сравнению с собирательством. Уже экстенсивное развитие земледелия, увеличение размеров обрабатываемой мягкой земли при наличии одного и того же количества рабочих рук порождают потребности в совершенствовании средств обработки земли, не говоря уже о переходе к взаимодействию с землями, обработка которых является более трудоемкой.

Основное занятие земледельцев — воздействие на землю — требует более совершенных, чем при собирательстве, средств воздействия и даже при экстенсивном земледелии порождает потребность в их дальнейшем совершенствовании.

Переход к земледелию и развитие земледелия оказывают на развитие средств и способов труда, а значит и на развитие человечества, в конечном счете более мощное влияние чем скотоводство.

Наибольшие возможности для развития получают те земледельцы, которые сочетают земледелие как основное занятие со скотоводством и научаются применять в земледелии для обработки земли силу животных.

Именно переход к земледелию, а не к скотоводству в конце концов вызвал к жизни широкое распространение применения металлов для создания средств труда. Весьма важным было то обстоятельство, что с переходом к скотоводству и земледелию значительно возросла обеспеченность людей жизненными средствами, в связи с этим произошло значительное увеличение численности населения, а вместе с тем и столкновений между различными сообществами, что вызвало потребность в дальнейшем совершенствовании оружия, между тем как возможности каменного неолитического оружия были в основном исчерпаны.

Переход к земледелию происходил прежде всего на тех землях, которые нуждались в минимуме обработки. Земледелие начинается тогда, когда люди стали бросать зерна, семена в землю, а через некоторое время собирать урожай. На этой стадии земледелие было неустойчивым и не могло стать главным занятием и главным источником получения предметов потребления.

Земледелие становится устойчивым занятием и устойчивым источником получения предметов потребления тогда, когда люди переходят к обработке земли (рыхлению, поливу и т. д.). Но чтобы стать одним из основных или основным занятием и источником получения предметов потребления, земледелие должно было вестись в достаточно широких размерах.

С совершенствованием орудий труда, используемых в земледелии (когда мягких земель  стало не хватать, стали использовать не камень, а медь и бронзу, которые не смогли существенно увеличить производительность, потом люди стали использовать железо), с переходом от экстенсивного развития к интенсивному, создается возможность для окончательной победы, преобладания во всемирно-историческом масштабе комплексного развития сельского хозяйства как единства земледелия и скотоводства.

Превращение скотоводства и земледелия в постоянное и главное занятие и основной источник существования означало также, что постоянным занятием оказывались обработка и хранение продуктов скотоводства и земледелия, а, следовательно, и производство средств обработки и хранения этих продуктов.

Сначала распространение скотоводства и земледелия привело к разделению труда между скотоводами и земледельцами, а затем обработка главным образом продуктов скотоводства и земледелия выделилась в особую область общественного разделения труда — ремесло. Ремесло — вторичная обработка уже полученных благодаря прошлому труду продуктов, причем обработка преимущественно индивидуально приводимыми в движение средствами труда.

Ремесло могло занимать и занимало второстепенное, подчиненное положение по сравнению со скотоводством и земледелием. От природных условий зависело, пойдет ли развитие тех или иных сообществ по пути преимущественно скотоводства или земледелия, или по пути сочетания того и другого.

Переход к скотоводству и земледелию вызвал и другие существенные изменения.

Экстенсивное развитие скотоводства обусловливало необходимость передвижения на все более значительных пространствах и при широком развитии экстенсивного скотоводства в конце концов становился неизбежным кочевой образ жизни.

Распространение и совершенствование земледелия, напротив, вели к установлению господства оседлого образа жизни. Охотники и собиратели чаще всего вынуждены были вести полубродячий, бродячий, полукочевой образ жизни (исключения были возможны лишь в особо благоприятных условиях). С переходом к земледелию жизнь на одном месте становилась не исключением, а скорее правилом. Образуются постоянные поселения, причем, в основном, там, где имелись большие территории мягкой и достаточно увлажненной земли. Таковы местности в долинах ряда больших рек. Именно тут скапливается и растет население в наибольшей мере, создаются наиболее благоприятные условия для образования крупных объединений людей, значительно превосходящих по размерам прежние объединения. Именно тут осознается и реализуется необходимость кооперирования труда в широких масштабах (главным образом для ирригации). Это была преимущественно простая кооперация.

Скотоводство и земледелие дали возможность получать больше и притом устойчиво больше предметов потребления, чем это было при занятиях охотой, рыбной ловлей, собирательством. Если уже последние занятия позволяли выживать, поддерживать биологическое существование, то скотоводство и земледелие обеспечили некоторый постоянный излишек сверх совершенно необходимого минимума для поддержания жизни.

Прежде всего это сказалось на темпах прироста населения. Население быстро росло. Биологические возможности размножения получили качественно более благоприятные условия реализации вследствие увеличения количества предметов потребления. Соответственно произошел и скачок в численности населения.

Учащались встречи различных сообществ, поселения располагались все ближе друг к другу. Вместе с тем становились все более частыми столкновения, происходившие главным образом из-за земель, пригодных для скотоводства и земледелия, а также ради ограбления. Такие столкновения превращались в постоянные спутники существования, т. е. это уже были войны.

Развернутой формой первоначальной, еще только возникавшей эксплуатации была дань с покоренных. Ограбление и дань представляли собой внешние формы эксплуатации,  которые сначала не преобразовывали соответственно себе внутренний строй жизни ни побежденных, ни победителей. Конечно, ограбление и дань могут сохраняться и в более развитых обществах, но уже не как характерные формы.

Общение различных сообществ имело и мирный характер — характер обмена излишками продукции между разными сообществами. Обмен в основном был обусловлен разделением труда между скотоводством и земледелием, зависел от различия природных условий труда. Так как ремесло занимало подчиненное положение, то обмен продуктов земледелия и скотоводства на продукты ремесла и наоборот в целом также был подчиненным моментом обмена продуктов земледелия и скотоводства друг на друга.

С широким распространением скотоводства и земледелия обмен стал постоянным, но в масштабах человечества в целом продолжал преобладать обмен излишками продукции.

Обмен как изначальная цель производства, т. е. производство, основанное на обмене, не может существовать без такой необходимой, хотя и недостаточной, предпосылки, как решающая роль производства, в котором употребляются средства и предметы труда, представляющие собой в свою очередь продукты труда. В скотоводстве же и земледелии основные средства производства — скот и земля — в общем и целом не представляют собой продукта труда.

Из сказанного следует, что в обществах, в которых главным занятием было либо земледелие, либо скотоводство, либо сочетание того и другого, непосредственное единство друг с другом людей как природных существ должно было оставаться преобладающим, т. е. преобладающей широкой основой продолжала оставаться природная связь людей. Эти связи людей называют личностными связями, однако нам это представляется неточным. Индивид есть личность лишь постольку, поскольку он находится с обществом в специфически общественной связи. Между тем упомянутые выше связи есть связи людей, поскольку они еще не оторвались от природной пуповины, поскольку они связаны друг с другом природной связью[2].

Впервые, правда в превращенной, в вещественной, т.е., в конце концов, природной же форме, общественные связи людей приобретают господство лишь в обществе, покоящемся на производстве, основанном на обмене.

Главной силой в хозяйстве, несмотря на начавшееся применение силы животных, была сила человека, приводившая в движение ручные орудия труда. Собственность на производителя неизбежно оказывалась таким видом собственности, от которого в основном зависели существование и развитие общества. Причем, если брать процесс в чистом виде, пока в древнем мире имелся запас мягких земель, не занятых земледельцами (мы фиксируем весь древний мир в целом, но то или иное сообщество может увеличивать запас своих земель и путем вытеснения земледельцев других сообществ), шло экстенсивное развитие, тенденция роста эксплуатации за счет собственности на производителей, безусловно, преобладала над эксплуатацией за счет частной собственности на землю. Но, по мере того как запас незанятых мягких земель исчерпывался (или одно сообщество, например римляне, завоевывало почти все мягкие земли), преобладающей возможностью становилось интенсивное развитие земледелия на мягких землях, и тогда выдвигалось все больше на первый план развитие эксплуатации за счет частной собственности на землю, т. е. начинался период разложения рабовладельческого и подготовки феодального общества.

Принуждение и организация эксплуататоров. Развитие оружия и орудий труда

Для всей рабовладельческой эпохи специфично преобладание именно частной собственности на производителей над частной собственностью на землю. Собственность одних людей на других, в том числе на их тело, есть производственное отношение, слитое существенно с природным, естественным отношением. Вместе с тем тот, кто служит собственностью, есть человек, он обладает волей, сознанием, а потому способен на осознаваемую тягу к свободе, имеет волю. Собственность на человека всегда должна дополняться принуждением, то есть мерами, ограничивающими свободу воли, подавляющими волю.

Главные средства принуждения эксплуатируемых — организация эксплуататоров и оружие. Средства, воздействующие на сознание эксплуатируемых, хотя и важны, являются все же вторичными. Правда, чем ближе к началу человеческой истории, тем непосредственнее, теснее эти вторичные средства были связаны с первичными. И наоборот.

Пока оружие оставалось каменным, деревянным, костяным, главным средством развития эксплуатации была организация. Отсюда следует, что при наличии такого рода оружия эксплуатация, во-первых, могла осуществляться теми лицами, которые выполняли в обществе организаторские функции, причем эти функции были необходимы (вожди, старейшины), во-вторых, рабство не могло принять более или менее широкие размеры. Рабство должно было носить по преимуществу патриархальный характер. Положение рабов и свободных при неразвитых рабовладельческих отношениях было схожим. Рабы должны были чаще применяться в домашнем труде порознь или небольшими группами, то есть эксплуатировались в целом ненасильственным способом.

Развитые рабовладельческие отношения не могли сложиться без того, чтобы в руках эксплуататоров не оказалось оружие более мощное, чем каменные и деревянные орудия эксплуатируемых, которые могли быть использованы и в качестве оружия. Такое оружие было получено с переходом к изготовлению металлического оружия  (медного, бронзового и железного). С. Лилли совершенно верно замечает: 

«Бронза, являвшаяся слишком редким и дорогим материалом, мало расширила власть человека над природой. В больших количествах из нее никогда не делали земледельческих орудий, вследствие чего земледелие в бронзовом веке так и задержалось почти на том же уровне, что и в эпоху позднего неолита…»

Добавим, что бронза существенно расширила власть человека над человеком, а это в то время было весьма важно для развития общества.

Изобретение и распространение железных орудий и оружия были технической революцией, совершавшейся в недрах древнего мира, предварявшей и подготовлявшей смену рабовладельческой общественно-экономической формации феодальной. Она означала, что рабовладельческий мир в целом вступает или уже вступил в период своего разложения.

Источники развития рабовладельческого общества

Отношение “рабовладелец — раб”

Остановимся на отношении «рабовладелец — раб», Чем больше развивается это отношение, тем больше раб низводится в положение только объекта, «говорящего инструмента», а рабовладелец исключается из процесса производства. В совершенно чистом виде это отношение таково: раб — полная собственность рабовладельца, рабовладелец полностью вышел из процесса производства и может всецело распоряжаться жизнью раба. Отсюда следует, что с установлением такого отношения все больше и больше исчезают внутренние возможности его изменения. Раб, положение которого приближается к положению объекта, «говорящего инструмента», теряет стимулы к совершенствованию как себя, так и средств труда. Рабовладелец все в большей мере становится непроизводителем, который, низводя производителя на положение объекта, лишает последнего стимулов к совершенствованию производства, возможности развивать свои духовные и физические силы. Таким образом, отношение «рабовладелец — раб» заходит в тупик: раб, доведенный до состояния животного, теряет способность и к сопротивлению, рабовладелец самим таким отношением к рабу не побуждается к изменению этого отношения.

Но отношение рабовладельца к рабу как к объекту, как к телу природы, во-первых, необходимо включает в себя естественно возникшую связь людей друг с другом: о последнем как раз и свидетельствует отношение к рабу как к телу природы, собственность на тело раба. Во-вторых, это собственность на тело другого человека, а потому также не только естественно возникшая связь. Поскольку раб остается человеком, он есть не только объект, он есть также субъект, он сопротивляется своему положению раба. Ближайшим и непосредственным образом его сопротивление выражается в стремлении избежать рабского труда, в стремлении к культуре… и в желании освободиться от рабского состояния. Следовательно, мы вправе сказать, что по мере превращения раба в объект растет и сопротивление рабов своему положению, падает их заинтересованность в труде, поэтому должно расти и углубляться принуждение рабов к труду. А значит, использование рабского труда становится все менее выгодным и все более трудным. Рост сопротивления раба представляет собой проявление его как субъекта, а не только как объекта отношения. Раб же в качестве субъекта выступает как потенциальный собственник самого себя.

Уже действие этой второй стороны понуждает рабовладельцев со временем все больше переводить раба на положение собственника самого себя, некоторых средств производства, даже рабов, однако с сохранением, как правило, той или иной степени общей рабской зависимости.

Отношение рабовладельца к рабу как к объекту есть отношение к нему как к средству производства, причем самодействующему средству производства. Сам рабовладелец, если он осуществляет функцию контролера, организатора так же выступает в качестве производительной силы. Когда рабовладелец отрывается от производства, поручая функции контроля рабу-управляющему, то имеет место определенное разложение общества, растет паразитизм рабовладельцев. Кроме того, на уровне производительных сил, которым соответствует рабовладельческое общество, главным компонентом производительных сил служит непосредственный производитель, его умения, навыки. Поэтому чем больше раб низводится до положения объекта, средства производства, тем больший застой в развитии наступает.

Отношение рабовладельца и раба есть производственное отношение постольку, поскольку не только рабовладелец, но и раб выступает как субъект этого отношения. Вместе с тем отношение к рабу как «говорящему орудию» — производительное отношение рабовладельцев к природе, опосредствованное таким своеобразным орудием.

Следовательно, мы видим, что при рабовладельческом способе производства производительные силы и производственные отношения и различны, и вместе с тем еще существенно тождественны. Формирование общества идет, в частности, и по пути углубляющейся дифференциации производственных отношений и производительных сил.

Роль случайности на стадии возникновения и в начале развития

Видится, что смена античного мира феодальным вследствие развития его внутренних противоречий была возможна, но вероятность ее очень невелика. Такая смена требовала длительного периода существования застойного, разлагающегося, а следовательно, ослабленного рабовладельческого общества. Но рабовладельческое общество необходимо предполагает еще не преобразованные общинные отношения.

На периферии и вне рабовладельческого мира продолжал существовать другой мир, мир первобытнообщинных отношений, мир, где переход к рабовладению лишь начинается, мир, еще полный жизненных сил. Самым вероятным и сильным противником рабовладельческого мира являются племена, находящиеся на ступени «военной демократии». Именно на этой ступени этот иной мир оказывается и агрессивным, и достаточно сильным для успешной борьбы с ослабевшими рабовладельческими государствами. Под ударами племен, находящихся на этой ступени, не раз и не два должны были гибнуть приходящие в упадок отдельные рабовладельческие государства. Но феодализм мог возникнуть в результате такого нападения лишь тогда, когда рабовладельческий мир в целом созрел для перехода к более развитой формации.

Есть мнение, высказанное Е. М. Штаерман и М. К. Трофимовой: 

«…Раз античное рабство, достигшее своего наиболее полного развития в Италии, именно там оказалось бессильным само по себе и из себя породить силы для дальнейшего прогрессивного развития, ставшего возможным лишь в результате кажущегося многовекового регресса, то вряд ли можно считать античный рабовладельческий способ производства обязательным этапом на магистрали всемирно-исторического развития. Скорее он был ответвлением, порожденным специфическими условиями исторической среды, в которой возник. Эти условия предопределили  пути генезиса римского государства и римской античной формы собственности, формировавшихся в ходе борьбы патрициев и плебеев. Победа последних, хотя и менее полная, чем победа афинского демоса, была все же достаточной, чтобы устранить те формы эксплуатации, которые всегда зарождались на последнем этапе разложения первобытнообщинного строя и узаконивались и укреплялись там, где государство складывалось как орган родоплеменной знати, превращавшейся в господствующий класс становящегося классового общества».

Мы не можем согласиться с подобной точкой зрения. На наш взгляд, во-первых, упомянутые здесь два вида эксплуатации представляли собой не только два исторических ответвления. Они могут быть сопоставлены и по степени, ступени развития эксплуатации. Первый вид (античное рабство) — форма рабства в ее классическом и наиболее чистом виде из всех осуществившихся в истории. Победа плебса позволила реализоваться в более чистом виде частнособственническим отношениям. Победа родоплеменной знати, превращающейся в господствующий класс становящегося классового общества, означает, что возникающее и развивающееся рабство в гораздо большей степени окутано общинными отношениями, теснее связано с ними. 

Во-вторых, на том основании, что тот или иной способ производства не может сам по себе и сам из себя породить силы, которые привели бы к его смене, не следует неизбежно, что этот способ производства есть лишь ответвление всемирно-исторического развития. Если взять любой процесс развития, то чем ближе к его началу, тем, больше роль случайности, внешних условий в его развитии. В процессе развития, когда он проходит различные стадии, возникают, формируются, созревают его сущность, внутренние связи, его необходимость, источник самодвижения. То же верно и относительно всемирно-исторического развития человечества. На стадии рабовладельческого общества, то есть начальной стадии формирования человеческого общества, сущность общества, внутренние связи, источник самодвижения общества, необходимость развития общества как специфического образования уже возникли, но еще только начинают формироваться; роль внешних условий еще очень велика. Стоит вопрос: быть частной собственности или не быть, хотя частнособственнические отношения уже стали ведущими в развитии общества. Превращение в господствующий класс становящегося классового общества родоплеменной знати означало менее чистую, менее решительную, более постепенную, компромиссную победу частной собственности в ее первой всемирно-исторической форме, победа плебса в Риме, демоса в Афинах — более чистую, решительную, более быструю, менее компромиссную победу частной собственности в ее первой всемирно-исторической форме. Рабовладельческий способ производства в любой его форме заключает в себе еще только начавший формироваться внутренний источник самодвижения общества, в любой своей форме он в значительной мере зависит от внешних условий. Но во всемирно-историческом масштабе человеческое общество в своем развитии не может перескочить начальный этап своего формирования.

Исторические достижения рабовладельческого общества

Рассмотрим «назначение» или, точнее говоря, исторические достижения рабовладельческого общества. На почве сохранения естественно возникших (“по родству”) коллективов, естественно возникших связей людей друг с друг с другом, происходит отрыв людей от этих естественно возникших коллективов, разложение естественно возникших связей их друг с другом и образование исторически возникших (“по хозяйствованию”) коллективов и связей друг с другом. В исторически возникших коллективах люди объединяются частнособственническими отношениями. Частная собственность на производителя оказывается наиболее характерным, ведущим фактором (частная собственность на скот, исходя из исторического развития рабовладельческого общества, таким фактором не является). Частная собственность на землю развивается медленно, на протяжении всей рабовладельческой формации преобладает общинная собственность на землю, которая, тем не менее, сильно трансформируется. Именно в недрах рабовладельческой формации готовятся условия для установления господства частной собственности на землю. После освоения мягких земель в широких масштабах при помощи в основном каменных и деревянных орудий (для этого необходимо было широкое применение рабского труда), человечество смогло перейти к широкому освоению всех твёрдых земель при помощи применения железных орудий и широкого использования сил природы.

Для рабовладельческого общества характерно экстенсивное развитие путём распространения на всё новые и новые преимущественно мягкие земли. По достижению этого предела образовываются рабовладельческие государства, стремящиеся подчинить себе остальной мир. Образование «всемирной» рабовладельческой империи означает предел экстенсивного развития рабовладельческого мира. Начинает преобладать его интенсивное развитие, к которому рабовладельческий мир почти не способен. Интенсивное развитие рабовладельческого способа производства главным образом возможно через развитие производительной силы раба, так как  по мере созревания  рабовладельческих отношений рабовладелец всё больше отходит от производства, производительный труд становится для него презренным, рабским занятием. Вместе с распространением рабства растут страх рабовладельцев перед рабами и стремление ограничить их культурное и т. п. развитие, усилить меры принуждения, запугивания рабов. Нарастают слабость, застой и упадок рабовладельческого мира. Отсюда видно, что развитие средств труда происходит наиболее быстро в период возникновения и формирования рабовладельческих государств. В государстве с оформившимися рабовладельческими отношениями наступает застой в совершенствовании средств труда. Племена, переходящие к классовому обществу, где ещё не оформились рабовладельческие отношения, перенимают средства труда рабовладельческих государств и развивают рабовладельческие отношения до ступени оформившихся. 

Происходит, естественно, и распространение орудий и оружия в разные части света. 

В результате, в недрах древнего мира создаются материальные предпосылки для перехода во всемирно-историческом масштабе к более развитому, феодальному способу производства. Такими предпосылками являются главным образом:

— переход к изготовлению закалённого железа

-создание и распространение железных орудий и оружия

-использование лошади в хозяйстве

-изобретение ветряной и водяной мельниц

Типичное[3] строение рабовладельческого общества в целом

Производственные отношения (производство средств добычи и обработка добытых предметов потребления) возникли уже при первобытнообщинном строе, но были по преимуществу слиты с естественно возникшим, природным отношением к природе (применение произведённых средств главным образом для добычи) Кроме того, производственные отношения ещё в основном не отчленились от природных, биологических связей людей друг с другом. Это было конкретное тождество различия производственных отношений и естественно возникших отношений людей  к природе и друг к другу. Следовательно, на этом уровне находилось и различие производительных сил и производственных отношений. 

Начинают зарождаться надстройка, общественное сознание и его формы, образуя конкретное тождество с производственными (и непосредственно природными, биологическими связями) отношениями

При первобытнообщинном строе доминирует членение, обусловленное степенью и характером непосредственно биологических, природных связей людей друг с другом. Производственные отношения и вырастающие на их основе остальные социальные отношения действуют через призму непосредственно природных, биологических связей людей друг с другом. 

В рабовладельческом обществе строение общества существенно меняется, но с другой стороны устройство предшествующего общества сохраняется, но в снятом виде, так что сходство оказывается нередко довольно отдалённым. 

Впервые в истории человечества производственные отношения охватывают всю сферу хозяйства: люди живут в основном уже не за счёт добычи, а за счёт производства предметов потребления. Производятся теперь главным образом средства производства. И в этом смысле лишь теперь производственные отношения окончательно и полностью становятся основой жизни общества, охватывают всю сферу хозяйства. 

Так как на первый план вышло производство, а не добыча, то производственные отношения теперь существенно отличаются от производительных сил. В снятом, преобразованном виде сохранившееся животное отношение к природе есть потребление, а сохранившийся животный способ получения предметов потребления есть добыча при помощи созданных средств воздействия. Лишь производство предметов потребления есть вполне специфически человеческий способ получения предметов потребления. Когда основным источником существования людей становится производство предметов потребления при помощи средств производства, тогда впервые окончательно возникают специфически человеческие производительные силы

Однако, хотя отношение людей к природе при помощи про­изводительных сил существенно отличается от естественно воз­никшего, природного отношения к природе, тем не менее, то и другое отношения остаются еще и существенно тождественными друг другу, предполагают существенное тождество друг с другом, т.е., с точки зрения логики, их отношение есть отношение суще­ственного различия. Существенное различие по своей сути пред­полагает необходимо свою крайность, т.е. тождество без суще­ственного различия, и только в этой связи оно остается существенным различием

Основные средства производства в земледе­лии и в скотоводстве — земля и скот — представляют собой данные природой в готовом виде, естественно возникшие средства произ­водства. 

Производительные силы отныне существенно отличаются от производственных отношений, и, вместе с тем, они еще существен­но не отчленились друг от друга. Раб — одновременно и средство производства, и человек (пусть и не для рабовладельцев). Часть людей потому и превращают именно в рабов, что их, по преиму­ществу, отрывают от коллектива, где люди непосредственно связаны природными связями друг с другом и с остальной природой. Рабовладелец сам первоначально принадлежит к такому же коллективу. 

Следовательно, способ производства здесь существенно отличен от непосредственно биологических связей и вместе с тем существенно тождественен с ними. 

Так же это верно для отношения способа производства, надстройки, форм общественного сознания. Впервые в истории человечества надстройка, формы общественного сознания начинают существенно отличаться как друг от друга, так и от способа производства, и от природных, биологических связей, при этом сохраняя существенное тождество их друг с другом. 

Итак, каково же типичное строение рабовладельческого общества в целом? 

Начавшие формироваться частнособственнические производственные отношения преобразуют структуру первобытного общества. При этом, являясь ведущими в развитии, формирующиеся частнособственнические отношения на протяжении всей истории рабовладельческого общества не становятся безраздельно господствующими, существуя в непосредственном единстве с естественно возникшими отношениями

Естественно возникшие отношения непосредственно господствуют, количественно преобладают и стоят на первом плане в сознании членов рабовладельческого общества. Господствующим основанием для разделения по степени свободы, степени гражданства членов рабовладельческого общества служат степень и характер их отношения к естественно возникшему коллективу, к общине. 

Например, граждане Афин по реформе Солона разделялись на 4 разряда по имущественному положению и независимо от происхождения. Но при этом различия в имущественном положении являлись средством для различения и установления характера и степени отношения к общине. Т.е. чем более высокий имущественный разряд, тем в большей степени индивид выступает в качестве гражданина афинской общины. В Риме борьба патрициев и плебеев была борьбой между разными степенями членства римской общины. Первые по своему происхождению считались принадлежащими к той общине, которая существовала в начале основания Римской республики, вторые по своему происхождению — выходцы из общин, родственных первоначальной  римской общине и покорённых ею. Конечно, и в Афинах во времена Солона, и в Римской республике это была борьба, в конечном счёте, за земельную собственность, но в рамках приоритета общинной собственности на землю. 

Исходя из общепринятой квалификации сословного деления членов рабовладельческого общества по степени и характеру гражданства как политического, правового некоторые историки делают вывод, что в рабовладельческом обществе доминировали политика, право над экономикой. По этому поводу скажем следующее.

— Разделение членов общества по степени и характеру их отношения к общине есть разделение по степени и характеру естественно возникших (в конечном итоге родовых, племенных отношений). Это разделение образовалось вследствие развития в рамках естественно возникших отношений отношений частнособственнических и вырастающих из них политических, правовых отношений. Следовательно, разделение членов общества по степени и характеру их отношений к общине не есть чисто политическое, чисто юридическое разделение. 

— Отношения людей в рабовладельческом обществе нельзя назвать личностными (если исходить из понятия «личность», раскрытого ранее в наших лекциях). В рабовладельческом обществе на первый план выступает сословное деление, которое не совпадает с возникшим классовым делением. В сословном делении преобладают естественно возникшие отношения, в делении на антагонистические классы преобладают частнособственнические производственные отношения. Когда антагонистические клас­сы уже возникли, а естественно возникшие отношения преобразованы еще не полностью, тогда классовые и естественно возникшие отношения существуют не только и не просто механи­чески рядом друг с другом, а еще и в неполной отчлененности друг от друга, и (поскольку они уже отчленились друг от друга) во взаимодействии друг с другом. 

Таким образом, сословные отно­шения — это сохраняющиеся в классовом обществе в снятом, пре­образованном (преобразованном частнособственническими отно­шениями) виде естественно возникшие отношения

Сословие не является чисто политическим, правовым образованием еще и по­тому, что в этом образовании не полностью отчленились друг от друга политическая и правовая стороны от производственных от­ношений, т.е. сословие как таковое включает в себя и экономи­ческую сторону (притом в неполном отчленении от политической и правовой).

Ключевые моменты

Итак, что мы считаем необходимым выделить в заключении этой лекции:

  1. Основными предпосылками для возникновения частной собственности стали появление излишков предметов потребления и естественно возникшая иерархия.
  2. Рабовладельческая частная собственность основывалась на почве естественно сложившихся отношений людей друг к другу и к естественно возникшим условиям производства, и без этой своей основы она не могла существовать. При этом отношения “раб-рабовладелец” двойственны и представляют собой синкретическое единство производственных отношений людей и их производительного отношения к природе, где раб выступает одновременно как объектом, так и субъектом отношений. И это состояние логически мы определяем как конкретное тождество[4] с существенным различием 
  3. Собственность на человека (природное тело) как первое производственное отношение дала толчок и развитию оружия как средства принуждения и организации эксплуататоров (а тем самым — оформлению надстройки). 
  4. В начале появления и формирования развивающегося объекта роль случайности наиболее значительна, пока объект не стал устойчивым и не сформировался его внутренний источник развития.
  5. Экстенсивное развитие рабовладельческого общества являлось необходимым этапом для перехода к интенсивной обработке земель, при этом собственность на человека, будучи необходимым условием для экстенсивного развития, с переходом к интенсивной обработке земель подготовила и почву для становления частной собственности на землю.
  6. Сословия, как мы можем видеть теперь, в сущности — пережиток природных, естественно возникших связей в обществе, результат преобразования природных связей связями социальными, соответственно, формирование, существование сословий и их разложение сопровождали весь период перехода человеческого общества к наиболее развитым производственным отношениям, разделявшим людей в их природных связях для того, чтобы еще крепче связать экономическими (социальными).

Под «становлением» мы понимаем все три стадии (начала, первоначального возникновения сущности, формирования), предшествующие стадии зрелости
Ранее мы уже обращали внимание на то, что говорить о людях как о личностях необходимо с должным пониманием уровня развития общества как такового в конкретный исторический период
Под типичным строением общества подразумевается общество, «соответствующее своему понятию» (выражение, часто употреблявшееся К. Марксом)
Т. е. тождество с различием, когда мы видим одинаковость, совпадение в том, что на самом деле, в то же самое время уже является началом различия, распадения на разное, не тождественное

Литература

Обязательная литература:

  1. В.А. Вазюлин. Логика истории. Вопросы теории и методологии. Часть III Глава 2 §1 Начальный период формирования человеческого общества. Рабовладельческая общественно-экономическая формация
  2. Ф. Энгельс. Происхождение семьи, частной собственности и государства
  3. Косвен М.О. Очерки истории первобытной культуры 
  4. Марксистско-ленинская диалектика (пятитомник)

Видео:

  1. Харламенко А.В. Диалектико-материалистическое понимание общества
  2. Харламенко А.В. Начальные этапы общественного производства

Вопросы:

  1. Какой оказалась в итоге историческая роль эпохи рабовладения в аспекте логики развития общества? 
  2. Насколько зигзаги и ответвления конкретно-исторического развития различных обществ способны повлиять на понимание магистрального, общечеловеческого вектора развития? 
  3. На основании пройденного материала, что сейчас вы могли бы сказать о формировании личностей в рабовладельческом обществе? О каком типе личностей мы могли бы говорить в отношении той стадии развитии общественного производства, на которой находилось рабовладельческое общество?
  4. Возможен ли был переход человеческого общества от первобытного строя сразу к феодальному, минуя рабовладение? По каким причинам такое возможно или невозможно?
  5. Является ли древнегреческий философ личностью (в узком и широком смыслах)?