Целесообразность

PDF печать

Целесообразность — соответствие явления или процесса определенному (относительно завершенному) состоянию, материальная или идеальная модель которого представляется в качестве цели. Целесообразность рассматривается, с одной стороны, как имманентная взаимосвязь объекта самого по себе, а с другой – как некоторое отношение в сфере взаимодействия объекта и субъекта. Отношение Целесообразности имеет ярко выраженный аксиологический смысл и вместе с тем может выступать в качестве научного принципа исследования структуры и функций саморегулируемых и «эквифинальных» (т.е. способных достигать одинакового конечного результата в известном смысле независимо от начальных условий) систем.

Генетически понятие Целесообразности связано с целеполаганием как существенным элементом человеческой деятельности, характеризующим как мыслительные процессы, так и предметную деятельность человека, прежде всего – процесс труда (см. К. Маркс, в кн.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 23, с. 189). Сформировавшееся на этой основе представление о Целесообразности (в узком смысле) уже в донаучный период в силу антропоморфизма, пронизывавшего мышление той эпохи, распространялось на всю природу, а в своих предельных формах воплощалось в религии. Антропоморфизм лежит в фундаменте и идеалистической телеологии. Хотя телеология дает извращенную интерпретацию Целесообразности, исторически в ее классических формах (имманентная телеология Аристотеля, Лейбница, Шеллинга и особенно Гегеля) были уловлены некоторые диалектические аспекты проблемы Целесообразности. Продвижение вперед научной интерпретации проблемы Целесообразности осуществлялось поэтому не только путем критики телеологии, но и с учетом объективного существования Целесообразности в природе, категорически отвергавшегося механистическим естествознанием.

Снятие дилеммы механицизма и телеологии в интерпретации проблемы Целесообразности возможно лишь в рамках диалектико-материалистического мышления, выявляющего объективное значение Целесообразности, в частности в социальной сфере. Здесь Целесообразность предстает не только как специфическая форма человеческой деятельности, т.е. субъективно, но и раскрывается ее структура – единство субъективного и объективного. Объективное значение Целесообразности обусловливается содержанием реализуемых в деятельности целей, порождаемых материальными условиями. «Законы внешнего мира, природы… суть основы целесообразной деятельности человека» (Ленин В. И., Соч., т. 38, с. 178–79). Вместе с тем диалектический материализм подчеркивает активность целесообразной деятельности человека.

При исследовании форм Целесообразности как объективного факта природы особое значение приобретает изучение органической Целесообразности, которая проявляется в характерных для живых систем особенностях строения и функций, организации метаболических процессов, управления и регуляции и пр. Именно здесь телеология в разных ее формах претендовала если не на универсальное значение, то во всяком случае на роль необходимого «дополнения» к якобы недостаточному каузальному анализу. По мере развития биологии постепенно преодолевалось телеологическое мышление, органическая Целесообразность объяснялась путем обращения к ее материальным причинам. Особое значение имела здесь дарвиновская теория эволюции, которая объяснила органическую Целесообразность как приспособленность, соответствие строения и функций организмов условиям их существования. Эта приспособленность является относительной и вырабатывается исторически, в результате творческой деятельности естественного отбора. Таким образом, органическая Целесообразность оказывается результатом и одной из форм проявления причинных отношений в живой природе и лишь как таковая вообще может быть познана в естественно-научных рамках.

«Сохраняя старое слово – целесообразность, мы придаем ему новый смысл. Не в виду, не в ожидании пользы созидались все эти совершенные органы и целые организмы, а сама польза создала их. Вместо предполагаемой цели мы имеем действительную причину» (Тимирязев К. Α., Соч., т. 7, 1939, с. 53). Отвергая телеологию, дарвинизм не отбрасывал фактов органической Целесообразности (см. там же, т. 5, 1938, с. 113).

С позиций диалектико-материалистического, органического детерминизма получают объяснение не только структурные, но и генетические аспекты органической Целесообразности, т.е. представление об известной направленности (и в этом смысле Целесообразности) морфофизиологических реакций – наследственных изменений, метаболических, термодинамических и прочих процессов живых систем. Разумеется, это не та Целесообразность, которая реализуется в сознательной человеческой деятельности. Кроме того, эта направленность процессов живых систем, определяемая взаимодействием внешних и внутренних условий, активностью организмов, вырабатываемая исторически и в индивидуальном развитии, реально обнаруживается лишь в качестве общей тенденции, не однозначно, а статистически.

Материалистическое понимание этого свойства живых систем опирается на все расширяющиеся факты из разных отраслей современной биологии. Его методологической основой является выдвинутое Энгельсом предположение о том, что сложная способность к планомерным действиям генетически связана с более простыми и элементарными процессами, присущими всякому живому существу, напр. в форме раздражимости. Подчеркивая, что «…в ясно выраженной форме ощущение связано только с внешними формами материи (органическая материя)…», Ленин считал логичным предположение о том, что «…вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения…» (Соч., т. 14, с. 34, 81). Одним из видов этого отражения в пределах органической материи является свойство приспособительной направленности и в этом смысле – относительной Целесообразности активных взаимодействий, процессов живых систем.

Философская Энциклопедия. В 5-х т. — М.: Советская энциклопедия. Под редакцией Ф. В. Константинова. 1960—1970

Contents